ГЛАВА 4

Ро ж денный , ч т об ы б ы т ь п о л н оп р ав н ы м

Буквально за двадцать минут вся эта ночь Винсента резко ухудшилась. Однако его ярость, наконец, утихла — или, по крайней мере, только начинала.

О чем, черт возьми, думала Адалин?

Когда он взялся за ручку дверцы своей машины, он услышал приглушенный голос Лейк из машины.

— Да, до тех пор, пока твой сумасшедший брат... Нет, о чем, черт возьми, думала Лейк?

Что ж, он пытался утихомирить свой гнев.

* * * Вот дерьмо. Он ее услышал?

Винсент завел машину.

— Что ты говорила, Лейк? Вот дерьмо. Он услышал её.

Лейк попыталась сделать голос как можно спокойнее. — Я ничего не говорила.

— Нет, ты говорила — сказал он как ни в чем не бывало, отъезжая. — Н-нет, я не говорила.

— Нет, ты не говорила, — согласилась Адалин, пытаясь помочь подруге.

Винсент посмотрел на Лейк в зеркало заднего вида. — Значит, не ты сказала: «твой сумасшедший брат»?

Глаза Лейк встретились с его устрашающим взглядом в зеркале, которые заставляли ее солгать.

Ложь.
– Нет.

Ей хотелось изменить свой ответ, когда она посмотрела на него. Подождите, он хотел, чтобы она солгала?

На его лице было написано: "Не ври мне".

Она разговаривала с ним бесчисленное количество раз на протяжении большей части своей жизни, но понятия не имела, как вести себя с новым Винсентом. Игра в правду или действие с ним была той игрой, в которой ей не хватало смелости или опыта, чтобы выиграть.

— Ну, ты просто немного сошел с ума, когда сломал ему руку, — сказала Адалин.

И именно так Лейк увидела, как он вернулся к нормальному состоянию.

– Переборщил?
– Винсент рассмеялся. Боже мой. Он чокнутый.

– Да, чуть выше нормы. Но, эй, он как бы это заслужил.
– Адалин пожала плечами.

Они оба сумасшедшие.

– Я не могу поверить, что Неро действительно встречается с девушкой, — потрясенно сказала Адалин.

Лейк посмотрела на нее.

– Кто из них был Неро? Адалин улыбнулась.

– Горячий.

Должна была догадаться, что у великолепного будет такое имя. Лейк не могла не улыбнуться в ответ.

– О-о-о-о. А большой был...? Адалин закатила глаза.

– Амо.

Конечно, это был он.

Лейк увидела, как гнев Винсента вернулся, когда его взгляд поднялся к зеркалу. Что, черт возьми, с ним сейчас не так?

Она решила его игнорировать.

— Они из мафии, — Лейк понизила голос до шепота?

Винсент расхохотался.

— Почему ты только что прошептала?

— Потому что я не думала, что это можно сказать вслух! Он серьезно применит к ней хлыст.

— Лейк, вокруг даже никого нет. Твой собственный отец в мафии, черт возьми. — Винсент все еще казался удивленным.

Она повернулась, чтобы посмотреть в окно, чувствуя себя немного смущенной. По правде говоря, она мало что знала о мафии. Но она знала достаточно, чтобы понять, что большего знать не хочет. Лейк знала, что так называемый семьянин ни к чему не приводит, кроме неприятностей. Ее отец стал игроманом, скорее всего, из-за

ужасных поступков, которые ему пришлось совершить. Почти каждый состоявшийся мужчина был разведен. Если они вообще женятся. Большинство жен мафии становились вдовами. Если им конечно повезет и они сами не будут использованы в качестве залога. Так что да, она была невежественна в этом вопросе, потому что никогда не хотела знать ни черта о мафии.

К счастью, у нее был аут. И она уверена, черт возьми, что не выйдет замуж за кого-то из этой сферы.

– Ну, это не то, что я люблю обсуждать, — призналась она. Его голубые глаза снова встретились с ее в зеркале.

— Но это то, с чем тебе придется иметь дело.

— Недолго. — Ее связь с мафией была настолько слабой, что ее не смогли бы отыскать, когда она закончит учебу и ей исполнится восемнадцать. Она уедет, а затем пойдет в колледж, бросив все это позади.

Она могла бы поклясться, что увидела разочарование на его лице, но его следующие слова сказали ей, что ей это показалось.