* * *

Лейк действительно пожалела, что не сходила в ванную до того, как переоделась в тесную одежду, которая мешала ее кровообращению. Она работала почти целую рабочую неделю, что заставляло ее чувствовать некоторую гордость. Что ж, гордись настолько, насколько это возможно, работая здесь

К счастью, Сэди держала ее в том же стиле одежды, — ей нравился весь ее невинный вид. В этот момент на ней был корсет более светлого оттенка розового цвета с черным шелковым бантом между грудей в сочетании со светло-розовыми шортами с оборками, которые, казалось, всегда становились меньше, и черными чулками с черными шелковыми бантами в тон. Ей все еще приходилось носить те же огромные черные туфли-лодочки, но ее ноги, в конце концов, затекли и привыкли ко всему этому, как и сказала Мария.

Неделя была действительно тяжелой для нее. Она работала до смерти, а потом шла прямо домой спать и повторяла все сначала. Ей казалось, что из нее высосали всю жизнь, она не могла узнать человека, смотрящего в зеркало.

В последний раз Лейк видела своего отца, когда ходила в офис Данте. Она звонила ему каждый день, но он всегда писал ей, что увидится с ней позже. Она очень беспокоилась, что с ним может быть что-то не так, поэтому решила пойти к Данте после своей смены, чтобы спросить о нем.

Кроме того, она потратила чаевых не более чем на двадцать долларов, поэтому планировала отдать все чаевые Данте, чтобы помочь расплатиться с долгом ее отца. Лейк решила, что если он получит все ее чаевые сверх ее зарплаты, она не будет работать на него всю

оставшуюся жизнь. Она собиралась сделать все возможное, чтобы расплатиться с ним как можно быстрее, даже если это означало, что в процессе придется жить на гроши и пятаки. Во всяком случае, она к этому привыкла.

Убедившись, что ее макияж и пышная прическа выглядят подходяще, она направилась в переднюю часть огромной раздевалки, нуждаясь в туалете перед сменой.

Завернув за угол, она налетела прямо на два тела, которые загораживали дверь ванной.

— Извините...

— Черт возьми. Лейк? — Амо не мог оторвать взгляда от ее лица. О, нет.

— Черт. — Неро тихонько постучал по кабинке уборной. О, нет.

Лейк нужно было сбежать. Она попыталась быстро обойти их, чтобы сбегать в уборную, пока ее не вырвало тем небольшим количеством пищи, которое было у нее в животе.

— Куколка, ты действительно, действительно не хочешь туда идти. — Амо встал таким образом, чтобы полностью заблокировать дверь. Это приближается! Она быстро прикрыла рот рукой, чтобы удержаться от рвоты.

— О, к черту это. — Амо увернулся с дороги, как будто он весил сто фунтов.

— Входи! — Крикнул Неро, обходя ее стороной.

Лейк быстро распахнула дверь, ее рука упала в сторону вместе со ртом.

— Винсент? — Она пару раз моргнула, надеясь, что это всего лишь ужасная иллюзия.

Винсент оторвал свой рот от женщины, сосущей его губы, и застегнул ширинку.

— Лейк? — Он обернулся, открывая платиновую блондинку с огромными, голыми, идеальными сиськами, от которых можно было выколоть глаза.

— Ким? — Ей хотелось, чтобы она произнесла ее имя, глядя на ее лицо. Из всех девушек Ким была самой стервозной, даже не обращая на Лейк внимания.

— Она твоя девушка? — Спросила Ким у Винсента.

Винсент стоял в шоке, явно не зная, должен ли он быть больше удивлен ситуацией или тем фактом, что Лейк была одета как порнозвезда, когда он оглядывал ее с ног до головы.

— Нет, и я очень сомневаюсь, что она когда-нибудь будет ею, — пробормотал Амо позади них.

— Я пытался, черт возьми, предупредить тебя, - сказал ему Неро. Лейк почувствовала, как мир начинает вращаться, когда желчь снова поднялась из ее желудка.