Тарин всплеснула руками.

— Но ведь смерть трёх целителей заставила бы его подумать, что, в конце концов, перевёртыши не могут лечить такие болезни.

— Может, он просто не готов отказаться от своего брата и готов исчерпать все возможные варианты, — заметил Ретт. — В некотором смысле, я думаю, ты для Рамона как экспериментальный наркотик. С его точки зрения, ему нечего терять.

Трей сжал плечо своей пары.

— Он попробует ещё раз.

Потирая лоб, Тарин вздохнула.

— Проблемы, кажется, надвигаются на нас со всех сторон, и это выводит меня из себя.

Взяв у Райли пустую бутылку, Тао сказал:

— Пошли, детка, тебе нужно отдохнуть.

Райли нахмурилась.

— Мне нужно увидеть Декстера.

— Он, наверное, ещё спит, — указал Тао.

— Мне нужно увидеть Декстера.

Он поднял руки, чувствуя, что эту битву он не выиграет, и что она очень близка к тому, чтобы сойти с ума.

— Я отведу тебя.

Положив руку ей на спину, он повёл её в лазарет. Декстер лежал на раскладушке, а Грейс, Хоуп и другие дети наблюдали за происходящим. Веки детёныша затрепетали, и он издал мяукающий звук.

Грейс улыбнулась Райли.

— Я как раз собиралась позвать тебя. Когда он проснулся, сразу позвал тебя. Он не очень бодр, но с ним всё в порядке.

Райли поцеловала его в макушку.

— Привет, чемпион. — Её ворон хотел взять его под своё крыло. — Ты в порядке?

— Устал, — прошептал он, будто у него не было сил говорить. — Воздушный шар.

Тао удивлённо моргнул.

— Ты прав, мы забыли воздушный шарик.

Райли убрала волосы с его лба.

— Мы купим тебе его в следующий раз.

Детёныш негромко замурлыкал и закрыл глаза. Через несколько секунд он снова заснул.

— Я не думаю, что он что-то помнит, — сказал Тао.

Грейс поправила покрывало.

— Такое часто случается с некоторыми транквилизаторами. Я присмотрю за ним, Райли. А ты иди и отдохни.

— Но…

— На тебе плед и кровь, — указала Грейс. — Иди, с ним всё в порядке.

После того, как она быстро поцеловала других детей в щёку, Тао вывел её из лазарета в их спальню, заперев дверь. Расхаживая по комнате, Тао запустил руку в волосы и крепко зажмурился.

— Когда я увидел, как этот ублюдок утаскивает Декстера, клянусь, сердце остановилось. А потом он вытащил нож… Мне никогда в жизни не было так страшно. — Открыв глаза, он замер. Взгляд Райли был пустым, подбородок прижат к груди, а поза — полностью замкнутой. — О, чёрт возьми, нет. — Надвигаясь на неё, он зарычал. — Ты не должна корить себя за это. Это не твоя вина.

Она сглотнула, её гнев и стыд были осязаемы.

— Я должна была следить за ним.

— Ты следила. Мы все.

— Они не смогли бы похитить его, если бы я следила. — Райли глубоко вдохнула, зная, что близка к срыву. Она не хотела, чтобы Тао почувствовал жестокость её гнева, ведь он ничем не заслужил это, иначе, она бы выместила злость на нём. — Мне нужно немного побыть одной. — Это не просьба.

Он снова зарычал.

— Не смей, чёрт возьми. Не отстраняйся от меня.

— А я и не стану.

— Я вижу, как ты это делаешь. Когда тебе больно, ты отключаешься, отступаешь и отстраняешься. — Тао этого не допустит. — Поговори со мной.

Она согнула пальцы.

— Я просто хочу немного побыть одна. Что в этом плохого?

— Ты бы оставила меня, когда мне было больно?

— Дело не во мне! Речь идёт о двухлетнем детёныше, который уже достаточно натерпелся!

— И тебе больно за него, но ты винишь себя. Это не твоя ошибка, слышишь?

— Мне нужно подышать свежим воздухом. — Она развернулась к балкону, но Тао схватил её за руку и развернул к себе. Гнев пронёсся по её венам, заставляя конечности покалывать. — Не смей так грубо со мной обращаться!

— Я не сделал и никогда не сделаю тебе больно, но я тебя не отпущу. Не позволю тебе наказывать себя, Райли. А именно это ты и сделаешь, если я отпущу тебя. Ты перекинешься, и будешь летать, пока не перенапряжёшься.

Он прав, она так и сделает.

— Отпусти меня.

— Заставь, — насмехался он. — Давай, Райли. Выбей из меня дерьмо, иначе сведёшь себя с ума.

— Я не стану вымещать дерьмо на других. Это твоя фишка.

Он улыбнулся на это едкое замечание.

— Вот именно, детка, продолжай. Что ещё я делаю такого, что тебя бесит?

— Ты хочешь слишком многого!

— Чертовски верно. Я не буду удовлетворён, пока не завладею каждой частичкой тебя, внутри и снаружи. Не останавливайтесь. Что ещё?

— Ты пытаешься заставить меня делать то, что ты хочешь!