Позже Дик понял-профессия просителя научила его быть прозорливым,-что таков стиль денежного владыки.

Он король некоронованный и притворяется обыкновенным человеком. Его обстановка и внешность вопиюще обыкновенные. Они кричат: "Мой хозяин не владыка. Он демократ, он в равном положении с вами. Денег у него побольше, но и у вас может быть столько же. Нет основания злобствовать и завидовать".

И свою, выученную заранее, речь Дик на ходу переиначил. Он обратился не к владыке, а к рядовому человеку: всем нужно продлевать жизнь, вам - тоже.

Хозяин хозяев слушал со скучающим лицом, как бы без интереса. Но как только Дик кончил, быстро задал вопрос:

– Сколько денег? Сколько лет?

Дик со вздохом назвал срок - неблизкий и сумму на ежегодные исследования солидную. Затем, чтобы скрасить неприятное впечатление, заговорил о прибылях:

– Каждый человек с радостью отдаст половину имущества...

Богач потускнел.

– Десять лет, по-вашему? А что делают в Америке?

– Ничего, насколько мне известно.

Дик пытался еще приводить какие-то доводы, но богач явно не слушал. Один раз улыбнулся некстати:

– Вам легче сделать бизнес, обращаясь не к старикам, а к наследникам. Боюсь, что и мой сын обещал бы вам не одну тысячу фунтов, лишь бы вы не продлевали мне жизнь. Обещал бы! Дать он не может. У шалопая нет ни одного фунта в кармане. Ничего, кроме долгов.

На этом аудиенция кончилась. Богач поднялся, протянул Дику два пальца, небрежно кинул:

– Я подумаю о вашем предложении. Нет, не утруждайте себя, не звоните. Я передам ответ через вашего приятеля. Скажите ему, чтобы он зашел, когда найдет время.

Джинджер нашел время без труда. Он мог бы зайти и через пять минут. Ведь он ждал Дика за углом, словно девушка, проводившая возлюбленного на экзамен. Все-таки было что-то человечное в этом газетчике "без взглядов".

Он побывал у капиталиста через несколько дней и вернулся с недоумением на лице и с конвертом в кармане.

– Вот,- сказал он.- Подачка. Двадцать фунтов. Правда, он обещал больше, если я подберу десяток таких идиотов, как ты, и тисну статью о том, как в нашем свободном мире просвещенные предприниматели помогают инициативным молодым людям. Но я же понимаю - это бесполезно. Из десяти кандидатов в "Геральде" вычеркнут именно тебя, чтобы не дразнить Южную Африку. Нет, что-то ты сказал не так. Давай припомним каждое слово. Что ты говорил? Что он спрашивал?

– Ничего. Спросил, что делают в Америке.

К удивлению Дика, друг его разразился проклятиями.

– Ну конечно, первый вопрос: что делают в Америке? Мы - третьестепенные и сами уверовали в свою третьестепенность. Верим, что открытие может быть сделано только в Америке или же в России. Как будто у нас умных людей быть не может. Дик, увы, ничем тебе помочь нельзя. В Англии каждый спросит тебя: что делают американцы и что - русские? И каждый подумает: "Если американцы и русские не изобрели вторую молодость, значит, изобрести ее нельзя". Мой совет: уезжай скорее из этой захолустной провинциальной страны. Вези свою идею в Америку... или в Россию. Даже пикантно - на деньги буржуя уехать к большевикам.

Дик внял совету. Только выбрал не красный Восток, а золотой Запад. Кто знает, как обернулась бы его судьба, если бы он направился в Советскую страну? Но он не знал русского языка, да и уехать в Америку было проще.

Итак, Дик отправился добывать бессмертие в Америке, отплыл с 50 фунтами в кармане (20 - подарок богача, 25 дал Джинджер из негустых своих сбережений, 5 старьевщик за все имущество Дика).

Что было дальше? Нужно ли во всех подробностях излагать американский вариант одиссеи просителя? Недоверчивые ученые, недоверчивые специалисты, церберы у дверей недоступных миллионеров, письма без ответа, уже все одинаковые, лишь фамилии адресатов менялись на конвертах.

"Сэр! Ради спасения вашей жизни и жизни ваших детей, ради спасения в прямом смысле слова, согласитесь потратить полчаса..."

И в Америке не хотели спасать...

Не хотели священники. Писатели. Дельцы. Секретари дельцов. Телохранители дельцов. Конгрессмены. Ученые. Старики. Молодые...

Дик мотался по стране. Мелькали города и городишки. Нью-Йорк. Чикаго. Лос-Анджелес. Богомольная Новая Англия. Расистский Юг. Апельсиново-бензиновая Калифорния. Голубели сверкающие рельсы. Голубели укатанные автострады с пестрыми бензоколонками. Дик поднимал кверху большой палец. "Хич-хок" подвезите, пожалуйста. В тысячный раз, заученно-усталым голосом, уже не веря в успех, но не позволяя себе отречься, рассказывал попутчику о перспективах вечной юности.

По-разному ему отвечали: "Ну, в это я ни за что не поверю", "Наукой давно установлено", "Дорогой, столько людей умных, ты что - умнее всех?", "Если бог не захотел...", "Мастаки вы насчет сказок - черномазые", "Людей и так слишком много", "А что говорят врачи?", "Все равно атомная бомба всех спалит - старых и омоложенных", "Ладно, если ты такой волшебник, вылечи меня от прыщей!", "Ты это придумал, чтобы денежки выманивать, да?"...