— Это ещё что такое? А ну остановись! — громко попросил я Андрея, указывая рукой на один из домов.

Перед мной возникла странная картина. Несколько детишек, лет так около шести-семи, столпились у старого забора. Один из них держал в руках палку с привязанной к ней кисточкой. Малец умело макнул её в ведро с краской, затем ловким движением принялся красить забор. Другой мальчуган, тот что поменьше ростом и с небольшой кистью в руке, ему помогал чем мог.

— Товарищ председатель, вы о детях?

— Конечно о детях! А о ком ещё? Почему они забор красят? Ещё и совсем одни!

Я попросил его проехать вдоль улицы и проверить наличие фонарей на столбах, а сам вышел из машины и направился к детям, ведь кто знает, вдруг у них мать захворала или ещё чего.

— Здравствуйте, дети!

— Здрасьте! — робко ответили они, хлопая своими маленькими глазками.

— Ох, какие вы молодцы! Матушке помогаете, должно быть? — присев на корточки с улыбкой поинтересовался я.

— Мамы ещё дома нет! — тихо, словно шепотом, сказал один из них, — Нас папа попросил.

— Папа попросил? А он сам где? — я вновь поднялся и осмотрел весь двор, но мужчину не увидел.

— Папа в доме, — ответил один из детей.

— Вот оно как... а вы что, сами всё покрасили? — взглянул вдоль забора я, правда судя по качеству проделанной работы, ответ и не требовался.

— Да, сами, папа сказал домой нас не пустит, пока не закончим... — пробормотал один из них, после чего самый старший легонько ткнул его локтем.

— А отведите-ка меня к нему!

В этой ситуации захотелось разобраться. Уж больно не нравится мне всё это...

Дети взглянули на меня с легким недоверием, дабы расположить их к себе, пришлось представиться:

— Я председатель, нужно с вашим папой дело одно обсудить, не могли бы мне помочь?

— Председатель? — выпучил глаза тот, кто помладше, — Мама сказала, что вы обещали выходной, и тогда она сможет с нами поиграть!

Он положил кисточку на траву и шагнул к калитке:

— Пойдёмте! Я вам покажу, где папа!

Малец вприпрыжку направился к двери дома, а я за ним следом. Он открыл скрипучую дверь и махнул мне рукой, зазывая внутрь дома.

Чем же таким важным их отец занимается, раз взвалил покраску забора на детей?

Мы медленно прошли через кухню, пока не дошли до спальни.

На кровати, лежа на животе головой к стене, валялся мужик.

— Папа, папа! — окликнул его сын.

Спит козлина...

— Что ещё? Закончили? — лениво потянулся он.

— Нет, ещё не закончили, — ответил ребенок.

— Вот как закончите, тогда и приходите! Спать хочу, устал как собака! — повысил голос отец.

Мальчик взглянул на меня, затем снова окликнул нерадивого папашу.

— Да что ещё! — выкрикнул мужчина, продолжая неподвижно лежать.

— Папа, тут председатель хочет поговорить с тобой....

Стоило мальцу заикнуться о председателе, как отец тут же открыл глаза и, увидев меня рядом со своим ребенком, пулей выпрыгнул из кровати.

— Здравствуйте, товарищ председатель! — дрожащим голосом сказал он.

— Спасибо, малыш, иди к своим братьям, — улыбнулся ребёнку я, — а мы с твоим отцом поговорим, — мужчине от меня достался грозный взгляд, который не сулил ничего хорошего.

Как только мальчик вышел из комнаты, я выждал ещё несколько секунд, пока не увидел его голову через окно.

— Рожа-то у тебя заспанная, явно давно уже отдыхаешь!

— Товарищ председатель! Я так, ненадолго дрёму дал! Часик-другой, не более.

Я взглянул на часы.

Если спал «часик-другой», то скорее всего он из тех, кто брал выходной.

— А я думал, что выходной тебе дали по определённой причине, — я надавил на него, понимая, что он сам даст нужный мне ответ.

— Да... — замялся мужик, — Я как раз попросил детей помочь ненадолго, а то мне плохо что-то стало, в глазах потемнело и в ушах зазвенело, а ведь закончить надо бы за сегодняшний день... — положил руку на лоб для правдоподобности он.

— Кому ты врёшь! — схватил его за шиворот я, — твои дети всё сами делали, пока ты тут валялся, лодырь!

— Товарищ председатель, я... — он не смог выдавить из себя и слова, понятное дело, что противопоставить ему нечего.

— Если ещё раз я увижу, как ты увиливаешь от работы, особенно заставляя детей выполнять её за собственного отца, то придётся разговаривать с тобой по-другому, — я отпустил его, — а теперь, раз ты проснулся, самое время заняться забором!

Повторять не пришлось. Мужик вышел следом за мной на улицу, поднял кисточку и демонстративно обратился к детям: