– Да, меня это не касается, но я не могу смотреть, как Василиса сломает себе жизнь. – Огрызнулся Альберт. – Он проедется по ее чувствам, и растопчет душу.

Он повернулся ко мне и внимательно посмотрел в глаза:

– Василиса, ты же такая чистая, такая настоящая, не испорченная этим миром, зачем тебе все это нужно? Зачем ты лезешь туда, где тебя просто пустят в расход? Он никогда не сможет оценить, насколько ты уникальная…

Я только горестно улыбнулась на его высказывание. Он же совершенно ничего не знает! И не знает, какой Алекс замечательный человек.

Альберт почему-то уверен, что Алекс хочет меня использовать в каких-то своих грязных целях, на самом деле, я точно знаю, что этого никогда не будет. И может быть, я бы даже хотела, чтобы Алекс использовал меня, хочется почувствовать вновь его прикосновение, но он явно дал понять, что я для него не более, чем сестра.

Я недолго пробыла в квартире друзей. Обстановка враждебности и обиды со стороны Альберта ощущалась, и я постаралась пораньше уйти, чтобы не нагнетать еще больше.

Весь день я бесцельно блуждала по городу. Возвращаться в пустую квартиру не особо хотелось. Но где-то в глубине души я надеялась, что может Алекс уже вернулся? А я не оставила записку, что хочу пройтись немного.

Когда я наконец-то пришла к его дому, то увидела темные окна… Он не возвращался. Сердце камнем упало куда-то вниз. Может быть, с ним что-то случилось? Почему его нет так долго? Мысли терзали меня так, что снова начало колотить. Черт, я же забыла принять таблетки, а их надо пить строго по расписанию!

Я кинулась к подъезду и начала судорожно искать ключи. Их нигде не было. Снова и снова я обыскивала все карманы, но тщетно. Куда они могли деться? В полном отчаянии я села на лавку во дворе и расплакалась. Все было против меня сегодня. И с Альбертом отношения теперь натянутые, и Алекс пропал, а теперь еще и я оказалась на улице. Ситуация – говно. Ну не в общагу же возвращаться?

Холод начинал пробирать до костей, чтобы согреться, я ходила вокруг дома, надеясь, что Алекс вот-вот появится. Но его все не было.

В очередной раз сделав круг вокруг дома, я уже решила идти в общагу, как внезапно услышала его голос:

– Что ты делаешь на улице? Тебе же врач сказал, что нельзя выходить!

У меня по телу побежали мурашки от этого божественного голоса. Мне было совершенно непонятно, почему я так реагирую на этого человека?

– Алекс, прости… Я, кажется, потеряла ключи… – я виновато улыбнулась.

– Как ты могла потерять ключи? – всего на один миг его лицо стало очень строгим и даже злым, но затем он снова смягчился. – Ладно, черт с ними, сделаю тебе новый комплект, идем.

Он взял меня за руку и потащил к подъезду. Я не сопротивлялась, но это выглядело очень странно. Мне было совершенно непонятно, зачем он это делает? Я не маленький ребенок, чтобы меня тащили за руку. Сама могу идти. Он меня воспринимает, как малолетнего ребенка?

– Ты же так можешь подхватить пневмонию! Мало тебе, что застудила себе все, когда решила искупаться в феврале? Тебе сейчас нельзя выходить на мороз. – строго сказал Алекс, когда мы зашли в квартиру. – Иди и прими горячий душ. Потом будем ужинать. Я заказал из ресторана еду. Должны привести с минуты на минуту.

Я побрела в душ, меня трясло как в лихорадке. Наверное, температура поднялась, я довольно здорово промерзла, даже зубы стучали. Ощущения – просто жесть… Да еще и Алекс на меня так посмотрел, когда мы стояли на улице, что мне теперь страшно выходить из ванной. Так стыдно перед ним, что я потеряла эти чертовы ключи… Нет, сегодня точно не мой день.

Горячая вода помогала лишь отчасти, озноб не проходил, и я чувствовала себя довольно скверно. Удивительно, утром я ощущала, что полна сил и энергии, а болезнь полностью отступила. Теперь же моя выходка давала о себе знать.

Внезапно дверь ванной распахнулась и Алекс зашел так, словно тут никого нет. Я от неожиданности чуть не вскрикнула. Нежели его не учили стучаться?

– Если ты уже готова, то давай я тебя уложу в постель, надо измерить температуру. – он взял в руки махровый халат и подошел ко мне.

Я так сильно растерялась, что не смогла сразу сообразить, что сказать, только инстинктивно стала прикрываться руками.

– Давай, вылезай уже, когда болеешь, нельзя долго мыться. – нервно поторопил он меня.

Я быстро встала и сделала шаг навстречу, он нежно завернул меня в огромный халат и приподняв на руки, понес в мою спальню. Уложив в постель, он сел рядом и потрогал мой лоб.

– Как бы еще больше не заболела… У меня сейчас, как назло, завал образовался. Не могу за тобой следить. – грустно пробормотал он. – Вот, держи.

Он сунул мне градусник. Я молча взяла его и стала измерять температуру.

– Ужин я тебе принесу сюда. Пока лучше отлежись. Не понимаю, как тебя угораздило выйти на улицу, чем ты вообще думала?