Шрифт:
– Как хочешь, так и играй.
– Как хочешь – жалко…»
Опасная это профессия – быть детским поэтом!
Детское время
Нашёл у себя в архиве ответы детей на вопрос «Что такое детское время?». Вот некоторые из них.
«Детское время – это когда тебе нравится еда из Макдональдса».
«Когда я был у бабушки в деревне, я катался на козе. Это и есть детское время».
«Ну вы подумайте, только в детское время мама уговаривает вас пойти к зубному после того, как вы съели все в доме конфеты!»
«Это чудо из чудес, время детское. То вообще совсем уходит, то вперед, а то назад, а то вообще так тянется, как жирафу нравится».
Переклички
Лет двадцать назад два бельгийца – поэт Пьер Коран и педагог Робер Кюсс – выпустили книгу «Рожок для муз», в которой собрали ответы детей на вопросы «Что такое поэзия?» и «Кто такой поэт?».
Среди самых разных ответов был и такой – десятилетний Жоан без раздумий сказал:
– Поэт?.. Пожалуйста: это Виктор Гюго, он написал все басни Лафонтена!
А писатель Юрий Дружников в одной из книг привёл слова своей маленькой дочери:
Забавны не только детские ауканья, но и взрослые параллели: Гюго – Пушкин, Лафонтен – Заходер.
САМ!
Выступал в детском саду. После выступления – крик:
Самый важный вопрос
Самый важный и наиболее распространённый вопрос во время встреч:
– Сколько вам лет?
Я всегда отвечаю:
– Тысяча!
Один молодой человек ткнул в меня пальцем и сказал:
– Ну вы и Тутанхамон!
А в Казани после такого ответа получаю записку:
«Как мы хотим, чтобы вы омолодели!»
А однажды я выступал в Комарово под Петербургом в библиотеке при Доме творчества писателей. Давно здесь не был. Достопамятные виды – только теперь все новые дачи за огромными заборами. Дождь пахнет детством. Библиотека в маленьком деревянном домике, публика собирается на веранде. Хорошие дети. Очень хорошие мамы. В конце встречи – обычные вопросы. Маленькая девочка с азартом задаёт тот самый – самый частотный:
– Сколько вам лет?
Мой ответ тоже тот самый – самый частотный:
– Тысяча.
Она – потупившись:
…и одна ночь!
Невеста
На одном из моих выступлений в глубинке шестилетняя Лиза, дочка одной из библиотекарш, прочитала, жутко стесняясь, мои стихи, но когда я восхитился её чтением, тут же стала вешаться мне на шею:
Она, помедлив: «Нет, я, пожалуй, пока останусь здесь». Ещё помедлив: «Но буду скучать». Так, на самом деле, рассказала свою будущую жизнь.
Новые вопросы
От первоклассницы:
– У вас была первая любовь?
От четвероклассника:
– У вас есть долги?
Самый интересный:
– Вы ошибаетесь? Наша учительница говорила, что не только люди, но и поэты иногда ошибаются.
Коварный вопрос
Рассказывал девятиклассникам о вопросах, которые дети задают мне на встречах, старался – довольно безуспешно – подвигнуть и их спросить меня хоть о чём-нибудь!
После встречи несколько человек подошли к столу и принялись листать мои книги. Один из недорослей обнаружил у меня две строки и громко их прочитал: «Кот выходит на забор,// У него ночной дозор!»
– А вы платите за плагиат?
– ?
– Ну как же, вот: ночной дозор! Это же не вы придумали!
Это правда. «Ночной дозор» придумал не я, и даже не те, о ком подумал мой нерадивый собеседник.
Я снова вспомнил Одессу, вечернюю прогулку по городу и заведение под названием «Ночной дожор»!
От датского к детскому
Тоже по давней молодости.
Хорошо помню чувство «поэтической досады», которое меня охватывало при чтении многих детских стихов советских поэтов. В детской поэзии фальшь несовместима с жизнью. Но даже самые талантливые (а может быть, не «даже», а именно они) были вынуждены отдавать эту дань вымороченной идеологии, которая тут же превращала профессиональную работу в «домашнее музицирование», то есть в самодеятельность.
Недавно я наткнулся на стихотворение В. Осеевой, которое, видимо, когда-то запомнил и намертво забыл, а потом оно у меня выплыло из подсознания: