– Олег совсем с ума сошел! Все деньги, что мы собирали, взял и спустил на эту дурацкую машину для Пашки. Господи, ну разве наши проблемы, что Пашка на мошенников нарвался? Я вообще сомневаюсь, может, и не было никаких мошенников, может он пропил эти деньги. Пусть бы ему боком эта проклятая Нива вышла.

Лучше бы мы не слышали этого разговора. Лучше бы не шли в гости к Шестаковым. Мама тогда, промолчав, увела меня, но отцу настоятельно рекомендовала вернуть деньги. Все-таки подарок дорогой.

– Не говори ерунды, мы со школы дружим! Сочтемся, – отмахнулся папа. А на следующий день он попал в серьезную аварию, не справившись с управлением. Врачи успели вовремя, но Ниву пришлось отправить на свалку. Мыслями я возвращалась к словам Кристины Михайловны, а уж когда они с Витей заявились в приемное отделение, где мы ждали с мамой вестей, я и вовсе предпочла уйти в другой коридор, лишь бы не видеть женщину.

– Рит, – крикнул Шестаков-младший, догоняя меня. Я не обернулась, поджав губы и едва не плача. Мне было жаль отца. И пусть он не должен был принимать такой дорогой подарок, но авария могла забрать у меня родителя, от этой мысли сделалось жутко.

– Рит, постой. Рита! Марго!

– Отпусти, – крикнула, ощущая, как слезы медленно катились по щекам. Витя обнял меня, гладил по голове и шептал слова утешения. Но мне все равно было тяжело принять позицию его матери, принять тот факт, что я могла лишиться родного человека.

В больнице папа пробыл больше двух недель и столько же дома после. Он пил таблетки, мало разговаривал и все реже выходил из дома. На работе его больничный приняли без лишних вопросов, но из-за конкурента с большими финансовыми возможностями все ходили на нервах, пока отцу в голову не пришла очередная гениальная идея – отойти от их основной деятельности по прокату дисков.

– У нас полно дисков, давай брать с людей деньги не за прокат одного фильма, а за безграничный доступ ко всей нашей фильмотеке. Ну, к примеру, теперь за сто рублей человек сможет взять три диска, вместо одного. Или пять. На сайте клиент будет оформлять так называемую подписку и подключать автоплатеж с банковской карты. Каждый месяц с него будет списываться определенная сумма денег, и он за нее сможет менять диски в пункте выдачи столько раз, сколько захочет. Главное – в срок успеть, тридцать дней. Такого нет нигде! Это будет бум!

– Пункты выдачи? Это как?

– Мы договоримся с разными магазинами, дадим им процент за каждый диск, который они выдадут. Поверь мне, Олег, такого нет нигде еще!

Олег Николаевич идею не одобрил, ему хотелось развивать прокат через сайт, а не делать из него платную подписку. Однако, их положение на рынке было настолько шатким, что пришлось согласиться. Папа загорелся реализацией планов, снова вернулся к разработкам, что-то вычислял, зависал сутками перед монитором, менял оформление сайта, добавлял новые алгоритмы, чтобы они помогали людям увидеть все больше новых фильмов. До того дня, пока по телевизору мы не увидели рекламу платной подписки, которую запустил первым конкурент.

– Ты видела, Лида, видела? – кричал папа, то и дело размахивая руками и шагая из угла в угол по квартире. Его грудь поднималась и опускалась, а ноздри раздувались от злости. Мы с мамой лишь молча переглянулись, ведь обе не понимали, о чем он.

– Дорогой…

– Это была моя идея! Это был мой план! Откуда они… Я ведь говорил Олегу, что у нас в офисе крыса завелась. Кто-то сливает инфу, а они все смотрели на меня и крутили пальцем у виска. Хотя, чего это я парюсь? Сейчас пойду к этим уродам и все выясню.

Мы с мамой снова переглянулись. Отец походил на смерч, готовый снести все на своем пути, в такие минуты людей лучше не трогать. Его лицо вытянулось, глаз дергался, в голосе звучала сталь. Папа громко хлопнул дверью, оставляя нас в полном недоумении.

Вечером в гости пришел Олег Николаевич с семьей. Они были в хорошем настроении, то ли еще ничего не знали, то ли знали, но восприняли проще. Мамы остались на кухне, а мы с Витей ушли в спальню, планируя поиграть в карты. Однако хлопнула входная дверь, и я моментально напряглась. В груди нарастала паника.

– Пашка, у нас Олег с Кристинкой, – послышался мамин голос.

А потом случилось то, что навсегда изменило мою жизнь. Мы с Витей выбежали на шум в коридор, становясь свидетелями драки двух лучших друзей.

– Предатель! – кричал папа, пока Олег Николаевич уворачивался от его кулаков.

– Па! – испугался Витя, забегая на кухню. Кристина Михайловна схватила сына, но он продолжал рваться, не сводя глаз с отца. Мне тоже сделалось страшно, и, как у любой девчонки, из глаз покатились слезы.