Я глажу ее по волосам.

— Ты можешь готовить, если хочешь. Я просто не хочу, чтобы ты напрягалась.

— Правда? Я знала, что ты мой любимчик.

— Не надо. — Мой тон становится жестче.

— Что? Что я сделала?

— Не говори, что я твой любимчик, когда ты говоришь всем остальным именно это предложение.

Ее губы раздвигаются, затем смыкаются, прежде чем она прочищает горло.

— Ты на вершине списка моих любимчиков, так что не ревнуй.

— Я не ревную. Я собственник.

Ее глаза расширяются, а затем она слегка улыбается.

— Вау. Это было властно.

Я открываю дверь машины.

— Давай поедем ко мне домой, и я покажу тебе, как на самом деле выглядит власть.

— Я должна провести ночь с девочками в квартире.

— Нет.

— Но, Крей...

— Или ты приходишь сама, или я перекидываю тебя через плечо.

— Собственник и пещерный человек. Тебе не кажется, что это уже перебор?

— Нет.

— Это был риторический вопрос.

Она делает вдох, затем делает паузу, когда ее телефон пискнул. Проверив его, она сморщила нос.

Я делаю шаг к с ней, чтобы посмотреть, что она получила. Это селфи, которое Гарри сделал со мной сегодня в приюте, когда я собирался умыться.

Гарри: Я украду его у тебя, Анни. Ахахахахаха.

— Я испорчу его красивые волосы, когда увижу его в следующий раз, и он больше не получит от меня ни одного совета по уходу за кожей. — Бормочет она, а затем практически бьет кулаком по экрану своего телефона.

Анника: Он мой. Держись от него подальше.

— Я думал, что быть собственником — это перебор, — шепчу я возле ее уха, и она подпрыгивает, а затем прячет телефон.

— Гарри — антагонистичный маленький засранец, и мне просто нужно было сделать заявление. Он администратор твоего фан-клуба, который постоянно растет, и он выгнал меня из-за «конфликта интересов». Не то чтобы я ревновала или что-то в этом роде. Ладно, может быть, немного.

— К мужчине?

— Он гей.

— А я нет. — Я запустил пальцы в ее волосы. — Ты единственная, кого я хочу. Все остальные — просто белый шум.

— О. — Она краснеет, потом усмехается. — Ты действительно говоришь правильные вещи сегодня. Будь аккуратен с моим сердцем, хорошо?

— Нет, пока ты не вернешься домой со мной.

Она раздвигает ладони на моей груди, трогает, исследует, погружает ногти в ту часть, которая намного глубже моей кожи.

— И что у тебя есть для меня?

Я хватаю ее за задницу и прижимаю к себе, наслаждаясь ее вздохом.

— Я собираюсь раздеть тебя, пока на тебе не останется только эта юбка, а потом я разорву ее, чтобы поиграть с каждой твоей дырочкой. Нет, не играть. Трахать. Ты будешь брать мой член, как хорошая маленькая девочка, не так ли?

Она судорожно кивает.

— Но ты сделаешь мне больно?

— О, сделаю. — Я целую ее макушку. — Но я обещаю, что ты будешь наслаждаться каждой секундой.

Анника

Кажется, у меня проблемы.

Когда я впервые проявила интерес к Крейтону, я никогда не думала, что все может настолько... выйти из-под контроля.

В лучшем смысле.

Или, может быть, в худшем.

Прошло две недели с тех пор, как он лишил меня девственности и, должно быть наложил заклятие вуду на меня, потому что с тех пор я не могу держаться подальше.

И неважно, что девчонки отчитали меня за то, что я ходила на свидания и не сказал им — особенно Ава.

Я даже начала сбавлять обороты в оправданиях, которые я предлагаю своему брату, и которым он почему-то верит.

Или он, вероятно, слишком занят войной в клубах, чтобы обращать на меня внимание. Возможность, которую я использовала по максимуму, чтобы проводить как можно больше времени с Крейтоном.

Мне больше не приходится умолять его о свиданиях, поскольку он охотно приглашает меня на свидания, как в тот раз в кинотеатре неделю назад. В противном случае, Крейтон устраивает веселое свидание как поход куда-нибудь, где мы уединяемся от всего мира, чтобы только он мог быть рядом со мной. И трахать меня, когда захочет.