Я обхватываю рукой его талию и впиваюсь ногтями в его задницу, чтобы притянуть его ближе к своему рту. Но он отстраняется, останавливая меня.

— Не так всё сейчас закончится, солнышко, — говорит он напряжённым голосом. — В первый раз я кончу не в твой рот. Я хочу быть внутри тебя, трахая тебя медленно и глубоко. Я хочу заставить тебя почувствовать, что всё происходящее правильно, о чём я не раз пытался тебе сказать.

Меня опаляет жаром, когда он наклоняется и поднимает меня за подмышки, чтобы опустить на хрустящие простыни. Затем идёт к дивану за сумкой, расстёгивает боковой карман и вытаскивает пачку презервативов.

Вытащив один, оставляет коробку на прикроватном столике.

— Нам же не понадобятся они все, — смеюсь я.

— Люблю быть подготовленным, — отвечает он.

Я, не моргая, наблюдаю, как он разрывает упаковку и натягивает латекс. Кровать прогибается, когда он возвращается ко мне.

— Уверена, что готова? — спрашивает он.

— Более чем, — отвечаю я, в приглашении раздвигая ноги шире.

Мышцы на его лице напрягаются, когда он подводит член к моей промежности и медленно проскальзывает внутрь. Я ахаю, и он даёт мне секунду, чтобы привыкнуть к его размерам.

— Какая же ты узкая, солнышко, — бормочет он. — Я уже чувствую себя как в раю.

Я оживаю от его первого движения и закрываю глаза, чтобы наслаждаться ощущениями.

Нокс начинает медленно: его движения неторопливые и нежные.

Как хорошо. Так горячо. Мне нужно больше.

— Сильнее, — хриплю я, двигаясь навстречу его движениям. — Мне казалось, ты собирался трахать меня сильно, чтобы у меня всё болело несколько дней?

— Твоё желание — закон, солнышко.

Он осторожно отстраняется, и я выгибаю спину, когда он входит в меня без предупреждения. Я впиваюсь ногтями в его плечи, умоляя о большем, пока моё тело не начинает дрожать.

— Нокс! Боже мой! Нокс! — выкрикиваю я, пока меня пронзает оргазм.

Толчки Нокса становятся жёстче, а я продолжаю повторять его имя, пока он сам не кончает.

После оргазма он падает на меня. Его грудь поднимается и опускается от быстрого дыхания.

— Чёрт, — выдыхает он. Затем приподнимается на локтях и целует меня. — Это даже лучше, чем я представлял. — Прижимается губами к моему носу, а затем поднимается, стягивает презерватив и идёт в ванную, чтобы его выбросить.

Нокс возвращается обратно в кровать с улыбкой до ушей, притягивает меня к себе и опускает руку на мой живот.

— Как в «Друзьях», — говорит он. — Когда Росс и Рейчел наконец поддались своим желаниям.

— Ты прав, — шепчу в ответ, чувствуя, что мои глаза слипаются.

Он чертовски был прав в том, что высосет из меня всю энергию. Последнее, что я помню, прежде чем провалиться в сон, это как он вдыхает запах моих волос.

***

— Я в твоей постели, — шепчу в подушку, когда яркие лучи солнца начинают пробиваться сквозь тонкие шторы. — Боже мой. Я в твоей постели.

Я трахалась с Ноксом Риверсом.

И сосала его член.

И хочу сделать это снова.

Происходит именно то, чего я боялась — я начала привязываться к этому мужчине. Дальше будет только хуже.

Я слышу низкий смех за спиной. Белые простыни опускаются к моей талии, а сильные руки обхватывают мой живот. Нокс притягивает к себе моё обнажённое тело. Моя спина прижимается к его груди, и я попкой чувствую его «доброе утро».

— Наконец-то, чёрт возьми, — шепчет он. — Я несколько месяцев пытался добиться такого утра.

— Томас будет в ярости, если узнает об этом. — Так же, как и все фанатки Нокса Риверса. Я видела, что писали про Стеллу. Они грубо комментировали её страницы в социальных сетях, говорили, что она уродливая и Нокс принадлежит им. Мне не нужны такие драмы.

— Это должно было произойти.

Я теряю тепло, когда поворачиваюсь, чтобы взглянуть на него. Чёрт, утром он выглядит потрясающе. Я замечаю вчерашние следы моих ногтей на его плечах. Я практически напала на парня. Его волосы растрёпаны, и скорее всего, это тоже моих рук дело.

— Что ты имеешь в виду? — спрашиваю я.

Он показывает на нас.

— Ты и я... это... это должно было произойти рано или поздно. Между нами что-то есть, Либби, и пока твой ротик по-всякому это отрицает, твоё тело действует самостоятельно. И сердце тоже не соглашается.

— Ты не знаешь этого. Возможно, всё дело в физиологии. Прошло много времени с тех пор как... ну, ты понимаешь.

— Был ли у тебя вообще столь же хороший член, как мой? — Он делает паузу. — На самом деле, наверное, никто так меня не распалял, как ты прошлой ночью.