— Ты слишком хорошая для человека.

— Я слишком слабая и ничтожная, чтобы что-то изменить. Наверное, меня просто убьют, когда я выйду за стену…

— Тогда ты просто не выходи.

— Я не могу остаться.

— Можешь, если мы тебя обратим…

Я вдруг поняла, что этот разговор для Вити не просто болтовня по душам, он весь вытянулся как струна. Его глаза смотрели на меня со смесью решительности и вины за то, что он задумал совершить.

— Витя, нет. Это все усложнит. Возможно, потом…

— А, по-моему, так будет идеально. Это решение всех проблем. И ты останешься здесь, я пригляжу за тобой. Старение, смерть, болезни — для тебя перестанут существовать. И ты больше не будешь слабой и хрупкой. Будешь жить вечно.

Он в считанные секунды оказался рядом со мной и положил руку мне на плечо. Прикосновение было нежным и бережным, и я легко вырвалась и сделала шаг назад.

Моя нога погрузилась в воду и вошла в мягкое дно ручья. Я поняла, что падаю, когда он бросился ко мне, чтобы удержать. Но от неожиданности хватка была такой крепкой, что я вскрикнула от боли, и оттолкнув его, перепрыгнула ручей и побежала.

Виктор вновь возник передо мной мгновенно и схватил за руку. Я выхватила нож Амалии из рукава и наотмашь ударила им вперед.

Брызнула кровь, и его захват ослабел. Я бросилась в лес, боясь оглянуться на то, куда полоснула ножом. Живот скрутило, но я бежала и бежала, пока не выбежала на дорогу.

Он следопыт, он найдет меня в лесу. Я знаю это, и он это знает. Он решит, что я побегу по дороге в поместье, но там никого нет, чтобы меня защитить, и я уже выбилась из сил, мне нужно укрытие. Несколько бесконечных секунд я бежала по дороге прочь от поместья, затем спустилась по другую сторону от нее и присела у кромки леса, прислонившись к насыпи.

Отдышаться, замереть. Дорога пахла свежим асфальтом, этот запах перебьет мой. Схватив какой-то лист травы, я распотрошила его и натерла разодранное запястье, чтобы перебить запах крови.

Когда я ступала в этот лес, я глупо верила, что охота меня не касается, теперь вжимаюсь в землю с колотящимся в груди напуганным зверьком. Через несколько ударов сердца я услышала шаги и задержала дыхание. Вышел из леса на дорогу. Несколько неуверенных шагов и тишина. Он слушает.

Не производить никаких звуков и движений достаточно сложно, и мои руки и ноги почти сразу онемели. Мне показалось, что прошла целая вечность, пока я не услышала шорох травы довольно далеко от себя. Я продолжала сидеть, не шелохнувшись, чуть дыша.

Думаю, прошло достаточно времени, чтобы они отправились за мной в поместье. Я вошла в лес и вдоль дороги пошла в сторону южных ворот. Мне нужно найти Германа или Амалию, пока Виктор не обдумал свои действия и не взял себя в руки. Пожалуй, доверять ему было несколько опрометчиво с моей стороны.

Я вдруг поняла, что все еще сжимаю нож в руке, вытерев следы крови о траву, я убрала его в ножны на руке и вдруг услышала треск ветки.

Оглянулась и застыла.

Незнакомое лицо смотрело на меня. Мужчина в рубашке и черном костюме вышел из леса и стоял в десяти шагах. Его пиджак был расстегнут и туфли покрывали комья лесной грязи. Взгляд выдавал в нем охотника, размышляющего о том, подходящая ли я добыча. Но охотник… в лакированных туфлях?

— Я представитель комитета. И нахожусь под защитой мейстера… — слегка заикаясь начала я.

Его выражение лица изменилось, и на лице заиграла подкупающая робкая улыбка.

— Вы далеко от поместья, я лучше провожу вас. Мейстер будет волноваться, если с вами что-то случится, а в этом лесу и волки есть. — Выдыхая сообщил он. Приглашающим жестом, он предложил следовать за ним в ту же сторону, куда направлялась и я.

— Мне нужно найти Германа или Амалию, вы знакомы? — сказала я, неуверенно шагнув за ним.

— Да, конечно. Идемте к машине, вы наверняка устанете идти пешком, я подвезу. — Ответил он, не оборачиваясь.

— Что вы делали здесь в лесу? — спросила я у его широкой спины.

Он, ухмыльнувшись через плечо, махнул в лес рукой.

— Остановился попить. Здесь прохладный родник неподалеку.

— А, да. Знаю.

Я выдохнула с облегчением. Мне повезло наткнуться на неплохого вампира.

В ста метрах дальше по дороге стоял обычный серебристый автомобиль-универсал. Мужчина галантно открыл мне дверь, и я подобрала юбку, чтобы сесть.

Вдруг почувствовала ладонь, зажимающую лицо едкой тряпкой. Беспомощно взмахнув руками, мешком повалилась на кружащуюся под ногами землю.

Голова болела и билась о железную стену. Вокруг было темно и глухо. Разом навалились все звуки. Шорохи шин, скрипы, отчетливые хлопки дверями и незнакомые голоса. О, нет, осознание пришло как головная боль — я, блин, в багажнике. Мерзавец. Сейчас я стану чьим-то ужином. Как глупо все вышло.