Я обреченно взяла яблоко из его рук. Несколько минут мы молчали, и я тупо ковыряла пальцем зеленую кожицу с белыми точками, понимая, что мне нужно набраться смелости и забыть о побеге, доверив свою жизнь Олаву, хотя бы потому, что у меня нет другого выбора.

Откусив кусочек и, медленно пережевывая, пересохшим ртом, я снова подняла взгляд на него. Злость постепенно отпускала, и он смотрел куда-то в сторону выхода, чтобы не смотреть на меня. Яблоко было кислым, но сочным, какие обычно кладут в яблочные пироги. При мыслях о пироге, у меня засосало под ложечкой.

— Можно? — спросил Олав, усмехнувшись моему шумному хрусту.

— Конечно. — Я на автомате протянула ему яблоко красивой нетронутой стороной. Но его рука пролетела мимо, и Олав, взяв меня за подбородок, впился своими губами в мои. Я почувствовала на верхней губе его прохладный язык и, приоткрыв, пропустила его в свой рот. Нежное поглаживание его языка и прохладные пальцы на моих горячих от слез щеках, растворяли любые сомнения в том, что Олав смог бы мне навредить. Убить? Да он и касается-то меня словно крыльев бабочки.

Наш поцелуй из примирительного как-то незаметно стал настойчивым. А его рука легла мне на бедро, и мне на секунду показалось, будто сейчас он усадит меня на себя, не отрываясь от сладкого плена наших губ. От этого между бедер стало влажно и жарко, и они сами раскрылись, приглашая его сменить позу.

Медленно, словно боясь спугнуть меня, он сполз с ящика и провел своей рукой от внешней стороны моего бедра к внутренней, оставляя за собой дорожку из возбужденных клеток пылающей кожи. Костяшками пальцев уперевшись мне в молнию на брюках, вторую руку он положил мне под поясницу и слегка придавил к себе.

Потираясь кулаком между моих ног чуть выше наливающегося горячим соком лона, он навис, жадно поглощая мои губы. Невольно подавшись назад, я шире развела колени и ощутила сквозь влажную ткань белья, ребро его ладони. Все еще сжимая надкушенное яблоко в руке, я положила вторую руку на его ремень и где-то под ладонью почувствовала вздымающуюся плоть, едва удерживаемую материей брюк.

Из-за страха сделать что-то не так, я отдернула руку, и он тут же отстранился, убрав свои ладони мне на пояс. Мучительное сожаление, с которым он оторвался от моих губ, тут же сменила его бесстрастная маска, но глаза выдавали бурю эмоций.

— Ты права. Не стоит. — Он поправил свои брюки и помог мне, все еще недоумевающей от того, что это сейчас было, слезть с ящика и провел в кабинет, усадив в кресло. На диване мирно спала девушка с синяком, всем своим видов возвращая нас в суровую действительность. И только мокрое белье между моих ног говорило о том, что сейчас могло произойти. Или не могло. Я и сама была не уверена в том, хотела бы я этого или нет. Но уж точно не на ящиках посреди склада.

В моих руках появился пластиковый стакан с водой и Олав вышел, прикрыв дверь.

Постепенно придя в себя, я поняла, что он не вернется. И уже через полчаса я и сама задремала, мирно свернувшись в кресле.

А проснулась сама от шороха за дверью и вышла, чтобы проверить, кто там. Олав крутил надкушенное яблоко, рассматривая уже ставший рыжим след от моих зубов, облокотившись об ящики, где некоторое время назад чуть не залез рукой мне в трусы. Я стыдливо потупилась в дверях, но он первым нарушил молчание.

— Мейстер здесь. Он сейчас заберет тебя. Ты поедешь с ним и будешь делать все, что он скажет. И больше не покинешь поместье без сопровождения до тех пор, пока за тобой не приедут ваши люди. На твои вопросы ответят. Ты поняла?

Я кивнула. И открыла рот, чтобы узнать, что будет с девушкой, но поняла, что он не станет отвечать. В эту минуту с порывом ветра, чуть не выбив дверь с петель кто-то влетел в помещение. Это был Кармайкл. И я почувствовала, как сильные руки схватили меня за плечи и встряхнули. Его лицо выражало холодное спокойствие, но в глазах бушевал гнев.

— Не ожидал, Марина, — с укором сказал он, сжимая мое плечо одной рукой и держа другую с раскрытой ладонью в непонимающем жесте. Я сделала максимально виноватое лицо, глядя на него снизу вверх и сжала зубами нижнюю губу.

— Мы забыли выключить диктофон после аварии. И он случайно записал ваши мужские разговоры в лесу. — Сделав небольшую паузу, чтобы дать мейстеру осмыслить причину моего побега, я решилась задать вопрос. — Что будет с этой девушкой?

— Мы отправим ее домой, когда ты уедешь. Обещаю. — Ответил мейстер. — Сейчас идем. Скоро начнется рабочая смена. Поговорим в машине.

Я кинула последний взгляд на Олава, оставшегося стоять в той же позе, когда мы с Кармайклом пересекали склад. Только стиснутые зубы и напряженная челюсть выдавали его желание уйти с нами, но он не двинулся с места.