Нет, не нормально! 

Ей пришлось оставить любимую работу в Москве и устроиться официанткой, чтобы обеспечить всем необходимым нашего сына. Она не спала ночами, когда у него резались зубы, сходила с ума, когда он болел, переживала, когда что-то шло не так. 

И все это время она была одна... 

В то время как я неплохо проводил время на Кипре. Да, я много работал. И я страдал от тоски по Яне… Страдалец, блин! Мои переживания не идут ни в какое сравнение с тем, что пришлось пережить Яне... 

И я сделаю все, чтобы вся ее дальнейшая жизнь была легкой, беззаботной и счастливой. 

Если честно, мне не нравится, что она так много работает. Ей вообще не нужно работать! Я зарабатываю достаточно, чтобы она отдыхала, развлекалась, ходила в разные спа и по магазинам. 

Я пытался заикнуться об этом, и Яна восприняла мое предложение в штыки. 

Но я вижу, как она устает. Как нервничает из-за давления начальства. И переживает, что проводит с Матвеем совсем мало времени… 

Ладно, этой проблемой мы займемся позже. А сейчас мой самолет идет на посадку. И меня ждет эпическая встреча с родителями…

Я планировал как-то подготовить родителей к своим новостям. Завести обычную беседу, расспросить о здоровье, плавно перейти к тому, что я снова встретил Яну...

Но вместо этого я прямо с порога говорю: 

– Мам, пап, я женюсь. 

– Кирюша!
– испуганно восклицает мама. 

– На ком?
– спрашивает отец.
– Ты не говорил, что с кем-то встречаешься. 

– На Яне. 

– Кирюша!
– снова повторяет мама. 

Уже совсем с другой интонацией. 

– Если на Яне - то ладно, - радостно продолжает она. 

Конечно, они помнят Яну. Она очаровала их в наш прошлый приезд. И они очень переживали, когда я сообщил, что мы расстались. 

– Яну я одобряю, - вторит маме отец.
– А я уж подумал, что тебя окрутила какая-нибудь вертихвостка. 

– Так вы снова вместе!
– это опять мама.
– Как же я рада! Яна такая хорошая девочка…

– Абсолютно согласен. 

– Я так и не поняла, почему вы тогда расстались. 

– А это уже не важно. А важно другое…

– Да что же мы стоим в коридоре, - спохватывается мама.
– Манты ждут. Иди мой руки и за стол. 

И правда, может, сначала поесть? А то потом мне этих мантов за шиворот напихают… 

Руки я мою. Но кусок в горло не лезет, хоть я и голодный. 

– Мам, пап… - выдаю я новую порцию информации.
– У вас есть внук. 

– Что?
– мама хватается за сердце. 

– Внук?
– растерянно повторяет отец.
– Пацан? 

– Я ничего не понимаю, - лепечет мама.
– Какой внук? Откуда? Почему ты ничего не говорил? 

– Сын, объяснись!
– строго гаркает отец.
– Что происходит? 

– Я сам недавно узнал… 

– А Яна? А как же Яна?
– снова растерянно повторяет мама. 

– А Яна растила нашего сына одна. Ему уже два с половиной года. 

И тут начинается настоящий армагеддон. 

Мама плачет. Папа наливает ей валерьянку и орет. На меня, естественно. Я пытаюсь оправдываться. 

Мама бледнеет и держится за сердце. Я зеленею от страха за нее и пытаюсь вызвать скорую. Мама кричит, что скорая ей не нужна, зато очень нужен ремень... 

Папа покрывается красными пятнами и называет меня такими словами, за которые бил по губам в детстве... 

– Как его зовут?
– спрашивает, наконец, мама.
– Нашего внука. 

– Матвей. 

– Фотографии есть?
– это отец. 

– Конечно…

Уф. Пошли конструктивные вопросы. Кажется, Армагеддон мы пережили...

Яна

– Полетели со мной, - предлагал мне Кир сегодня утром.

– Ни за что!

– Почему? 

– Я до смерти боюсь твоих родителей. 

– Я сам их боюсь…

– Хочешь, чтобы я держала тебя за ручку, пока ты будешь с ними объясняться?

– Ну нет. Я сам справлюсь. Но я буду так скучать! 

– Всего одна ночь!
– говорила я. 

– Целая ночь, - повторял он. 

И мы снова набрасывались друг на друга на прощанье. 

Мы так напрощались, что я снова уснула. А проснувшись, обнаружила у кровати огромный букет белых роз... 

“Пожелай мне удачи” - написал мне Кир через пару часов из аэропорта.