Шрифт:
Диман остается снаружи.
Он разворачивается… И мы оказываемся лицом к лицу.
33
Кирилл
Диман смотрит на меня. Я смотрю на него.
И выражение его лица мне совсем не нравится… Чего он лыбится, хотел бы я знать?
– Поболтаем?
– предлагаю я.
– Давай, - спокойно кивает он.
И мы перемещаемся в кресла, раскиданные там и сям в лобби гостиницы.
– Ты отец Матвея?
– сразу спрашиваю я.
– Я?!
На лице Димана отражается неподдельное изумление.
А потом он начинает ржать.
Я ничего не понимаю. Почему это так смешно?
– У тебя в голове что? Опилки?
– выдает он.
– Допустим, - бурчу я.
И у меня возникает странное, ничем не обоснованное ощущение, что от прав по поводу содержимого моей головы. Как будто от меня что-то ускользает. Как будто все что-то знают, а я туплю и не догоняю...
Судя по его поведению, Диман не имеет к Матвею никакого отношения.
И я почему-то чувствую облегчение. Вообще, мне нравится версия Яны, что Матвей - только ее сын...
– Что ты об этом знаешь?
– спрашиваю я Димана.
– О чем?
– он прикидывается шлангом.
– О том, от кого Яна забеременела. И кто бросил ее одну…
Диман таращится на меня с таким видом, как будто у меня выросли слоновьи уши. И упорно молчит.
– Говори!
– вырывается у меня.
– У Яны не пробовал спросить?
– Пробовал.
– Что ответила?
– Что Матвей только ее.
– Да уж… Ну, ей по-любому лучше знать.
– Ты что-то знаешь!
– настаиваю я.
– Я в ваши дела не лезу.
– Как мужик мужику… Скажи!
– Как мужик мужику, дам тебе совет. Спроси Яну.
– Советов я не просил, - бурчу я.
– Спроси так, чтобы ответила, - продолжает Диман.
– Мне кажется, она готова к откровенному разговору с тобой.
– Она что-то говорила обо мне?
– Ага.
– Что?
– Я в ваши дела не лезу, - снова повторят Диман.
И поднимается с кресла.
На прощание он вдруг выдает:
– Поздравляю.
– С чем?
– Со всем.
Это он о моих успехах в бизнесе? Или о чем?
Я позвонил Яне. Она не взяла трубку. Я поднялся в ее номер. Постучался, но она мне не открыла. Хотя я знал, что она внутри. Она никуда не спускалась…
Ладно. Буду брать осадой.
Я расположился на этаже. В паре десятков метров от номера Яны обнаружился небольшой закуток с диваном, столиком и каким-то растением в кадке. Очень удобная наблюдательная позиция.
Яна
Кир писал и звонил мне сегодня несколько раз. Но после вчерашнего мне совершенно не хотелось его видеть.
Когда я прочитала сообщение от его девушки… Мне стоило немалых усилий справиться со своими эмоциями.
Он мне нагло врет! Одинокий волк, блин… Подлый шакал и трусливый заяц! Больше никак не могу его не назвать.
Но он отец Матвея…
И мне нужно как-то отделить свои отношения с ним и от его отношений с сыном.
Да у меня нет и не будет с ним никаких отношений!
Но Матвею нужен отец. И они с Киром нашли общий язык… Я должна сказать ему. Мама права. Димка прав. Да я и сама это знаю.
Но, блин, мне так хочется вместо этого надавать ему по роже!
Мне надо успокоиться. И все же поговорить с ним. Не о нас.
А о Матвее…
Я решаю пообедать в кафе. Подумать обо всем, и после этого позвонить Киру, позвать его на разговор.
Выхожу из номера. Иду к лифту. Прохожу мимо небольшой зоны отдыха в проеме у окна. Краем глаза замечаю, что там кто-то прилег на диванчик. Ускоряю шаг. Мало ли какие странные личности спят в коридоре на диванах…
Но, уже оказавшись вне зоны видимости, я резко останавливаюсь. Фигура мужчины слишком знакомая…
Я возвращаюсь.
И застываю, удивленно разглядывая Кира, прикорнувшего на диване.
Его голова сползла на подлокотник, он обнимает диванную подушку, поза у него явно очень неудобная. А лицо блаженное. Такой смешной…
И так похож на Матвея! Что хочется уложить его поудобнее и укрыть одеялком...
Я стою и смотрю на него. Просто не могу отровать взгляд. Он такой трогательный и беззащитный сейчас...