— С тобой всё в порядке? — удивлённо спросила Кира.

Ада повернула свой взгляд к матери, которая шла на встречу, но увидела лишь какую-то незнакомую, пусть и похожую женщину, которая держит за руку дочь в нормальной одежде, а не чёрном плаще-накидке. Но… Но избранница только что видела свою мать! Собственными глазами!

— Да, вс-сё хорошо, — тяжело произнесла девушка, всё ещё пребывая в страхе. Почему она это видела? Неужели призраков прошлого недостаточно до этого было?

— "Всё хорошо"? Это в смысле "мне действительно хорошо" или "я не готова об этом говорить"? — жрица смотрит в глаза, словно в душу.

— Я… Второе, — вздохнула Ада, а на её глазах показались слёзы.

— Идти сможешь? — Кира взяла подругу под руку потому что видит, как ей тяжело сейчас стоять.

— Да, я смогу. Извини, — растерянная девушка проводила взглядом женщину, что прошла мимо и удивилась, увидев столь почитаемого человека в таком состоянии.

— Что не так в этой матери? — жрица поняла, на кого смотрела подруга, но никак не могла осознать, почему.

— Можно не сейчас?

— Ладно, — вздохнула наставница, — врачи тебе должны помочь.

— Не надо, я… Они не помогут, — избранница ощущает, как ей становится легче, но всё ещё очень неприятно. Голова болит, но уже нет того ужаса.

— Ты уверена? — удивлённая Кира посмотрела в глаза подруге.

— Да, я уверена.

Девушки остановились в небольшом парке, который занимал половину площади платформы. Присели на лавочке вдали от всех людей, чтобы те не обращали внимание на избранницу, которая находилась далеко не в лучшем состоянии.

— Извини, что вот так пришлось, — печально произнесла Ада, откинув голову на спинку, смотря в небо. Всё, вроде, прошло, но всё ещё как-то неприятно, да и боль в голове никуда не делась.

— Не извиняйся, — жрица устало потёрла глаза. — Я могу как-то помочь?

— Можешь выслушать?

— Да. Что случилось? На тебе лица не было.

— Я… Я увидела свою мать. Она шла с кем-то за руку. С ребёнком. Не знаю, что это было и почему. Я уже привыкла к призракам прошлого, которые иногда приходят ко мне во снах. Привыкла к их бледным лицам, пустым взглядам, крови и… И к остальному, но это… — на её глазах опять показались слёзы.

— Спокойно, я рядом. Всё хорошо, ты не обязана говорить всё сразу, — Кира взяла подругу за руку.

— Почему это была моя мать? Почему? Я столько лет её не видела и вот так? Почему? Она была такой живой, а потом исчезла. Я… Почему?

— Это было не настоящим, Ада, — жрица действительно не знает, что здесь сказать. Такое у неё впервые. — Я понимаю, это всё могло казаться таким реальным, но…

— Я понимаю, — перебила избранница. — Но от этого менее печально не становится. Это всё отпечаток того, что со мной тогда произошло, я это хорошо осознаю. По крайней мере, сейчас.

— Ты пережила ужасное и мне искренне жаль, что не могу ничего с этим поделать. Время не повернуть вспять.

— Я это понимаю, — тяжело признала Ада. — Хотя порой задумываюсь, как бы всё оказалось, если бы тот день не наступил. Все были бы живы, но я бы не встретила ни тебя, ни матушку Анну. Жизнь непредсказуема и это пугает, — она посмотрела на свои ладони. — Я убивала людей и их призраки всё время ко мне приходят. Я хочу, чтобы все, умершие шесть лет назад, были сейчас со мной, но я так же не хочу терять то, что обрела. Ни свой титул, ни людей, которых встретила на своём пути. Те же оперативники пусть и внешне казались каменными, но внутри тоже люди. Я хочу всё и это… Это настолько алчное заявление, что… Я не знаю.

— Желать только хорошего это нормально. Никто не хочет себе неприятного, а ты ещё и не только ради себя этого хочешь. Это не алчность, Ада. Это не она.

— Какая разница, чем я это оправдываю? То, что я сделала, никак не изменить, — она посмотрела на жрицу. Это тот вопрос, который никак не даёт ей покоя и который, чаще всех, слышит подруга.

— Ада… — Кира печальным взглядом осмотрела девушку, которая готова была очередной раз услышать то же самое. Нет, она не была готова. Она этого искренне хотела. — Многое зависит от твоей мотивации и обстоятельств. Падение последнего листа с дерева пред зимой можно по-разному увидеть. Это поражение перед предстоящей зимой? Может, холодный расчёт, необходимый для выживания? Или же возможность сбросить с себя всё, что держало позади, и двинуться к светлому будущему, в ожидании, когда сможешь снова зацвести и при этом сильнее, чем когда либо прежде? Ситуация одна, но смотреть можно с разных сторон. А всё, о чём ты жалеешь, можно попытаться исправить. Не свести на нет, но сделать что-то хорошее, что перекроет то, что ты так ненавидишь в себе. Не нужно жить прошлым и ты это прекрасно знаешь.

— Да, знаю, — со скорбью признала избранница. — Я лишь не понимаю, почему это была моя мать? Почему не кто-либо ещё? Почему я увидела именно её?

— К сожалению, — жрица пожала плечами, — я не знаю. Возможно, в ней было что-то, что пробудило воспоминания, но я в этом не специалист.

— Я опять задаю вопросы, на которые ни у кого нет ответа? — вздохнула Ада. Её разум уже не затуманен, как прежде, но всё равно почему-то грустно.

— Ну… — Кира даже не знает что ответить сейчас.