Что выбрала та водительница, осталось неизвестным.

Не собираясь жениться, он избегал длительных отношений, ни с одной из девушек не встречался дольше нескольких недель.

Воспоминания промелькнули за секунду, в течение которой Максим резко сбрасывал скорость.

На машинах микро-класса ездили женщины, а они представляли повышенную опасность, поскольку могли в любой момент начать разворот через встречную полосу.

Проезжая мимо, он отметил, что «ковшик» не из дешевых: не какой-нибудь «Дэу-Matiz» или « «Чери-QQ», а «Мицубиси-Kolt».

Капот красной машины был поднят.

Максим всегда куда-нибудь спешил, считал минуты.

Но сегодняшние переговоры с клиентом посулили хорошие продажи и – как следствие – личный бонус, являющийся главным приоритетом жизни.

Удачу стоило закрепить бескорыстным добрым делом.

Кроме того, других самаритян на дороге не наблюдалось.

Он прижался к поребрику, затормозил, потянулся к панели, нажал кнопку с красным треугольником, потом включил заднюю передачу.

В «Кольте» сидела небольшая светловолосая девушка лет двадцати пяти и что-то искала в телефоне.

Максим отметил, что многофункциональный руль – за который она держалась свободной рукой, словно за спасательный круг – такой же красный, как и кожаный салон.

Красным были отделаны боковые дефлекторы; по сторонам «бороды» к рукояткам климат-контроля опускались красные полосы.

Все говорило о том, что машина не просто дорогая, а собранная под заказ.

Эта обшитая кожей лакированная жестянка из-под маслин наверняка стоила больше, чем его полноразмерная «Октавия» с DSG – за которую предстояло еще пять лет расплачиваться без продыха.

Вероятно, столь же эксклюзивной была и хозяйка.

Оставалось лишь удивляться, что сюда до сих пор не слетелась стая ухажеров, готовых поднять «Кольт» на плечи и отнести в сервис.

Но об этом подумалось лишь мельком.

Сейчас он был водителем, остановившимся для помощи другому водителю.

– Добрый день! – сказал Максим, подойдя и нагнувшись к открытому окну. – Что случилось с машиной?

– Ой!!!..

Девушка вздрогнула от неожиданности.

У нее было приятное, нестервозное личико и большие серые глаза, накрашенные очень скромно.

–…Не знаю, что. Ехала, ехала – вдруг ни с того ни с сего заглохла, теперь не заводится.

– Куда звоните? – спросил он.

– Сама не знаю. В голове все смешалось. Обычно звоню папе, но он в командировке.

– Ясно. А парню своему не пробовали?

Максим не уточнял информацию о занятости места – просто перебирал варианты, которые могли помочь.

– И не собираюсь. Он в машинах понимает еще меньше, чем я. Даже прав нет. Нулевой вариант.

– Ясно, – повторил он.

Судя по всему, девчонка попала в сложную ситуацию.

– Машина у вас какого года?

Вопрос был одним из главных, если предстояло определяться с ремонтом.

– Этого. Ей всего три месяца.

– Отлично, значит на гарантии. Покупали у официалов?

– На гарантии, да. Покупали в салоне.

– А есть у вас какая-нибудь карта «РАТ», брат, сват, еще что-нибудь, чтобы вызвать помощь на дороге?

– Не знаю.

Девушка пожала плечами – ощутимо тонкими под розовой кофточкой, сквозь которую просвечивали белые лямки.

– Что-то давали вместе с инструкцией, но все это лежит дома. Всегда обходилась папой. С прошлой машиной звонила, он присылал мастера.

Должно быть, папа у нее был большим человеком.

Кому-то могло – скорее всего, незаслуженно – повезти с таким тестем.

– Какая у вас коробка? – спросил Максим.

– Вот, автомат…

Она откинулась назад, давая увидеть черную рукоять с радикальной красной кнопкой.

Чехол селектора тоже был красным и наверняка кожаным.

Оформление этой машины разрабатывали знатоки дизайна.

–…А что?

– Двигатель может заглохнуть по любой причине. Где-нибудь на секунду пропал контакт – и все. Сейчас не заводится потому, что селектор стоит на «Драйве».

– Нет, я успела свернуть на обочину, потом перевела на «Паркинг». Папа велел всегда так делать, когда останавливаешься.