– А почему не берёшь новые кроссовки? – Спросил отец.

– А зачем? – Виктор пожал плечами. Красоваться перед сверстниками глупо, завлекать тапками девочек ещё глупее, а если кого-то переклинит, и он захочет украсть и попадётся? Получается я буду виновником того, что у человека вся жизнь может пойти под откос, из-за такой ерунды. Так что похожу в кедах и в сандалиях. Виктор показал на пакет с купленными накануне полукедами подмосковного завода Кимры, и сандалиями от Скорохода.

– А деньги?

– А деньги будут лежать в двух местах. – Виктор показал кармашек с внутренней стороны штанов. – Здесь три рубля рублями, а в чемодане под подкладкой, ещё двадцать пять рублей.

– Хм, Петр Алексеевич покачал головой. – Такое ощущение что ты каждый год по пионерлагерям.

– Да разговорился со старичком одним. – Виктор улыбнулся. – Он и насоветовал. Так что я пользуюсь чужой мудростью. Ещё бы дождевик, но в магазинах не нашёл, а у нас такой штуки не водится.

– Дождевик. – Произнёс Пётр Алексеевич, и обернулся в сторону спальни. – Тома, у тебя вроде тонкий авизент был?

– А вам зачем? – Одетая в домашний халат мама Виктора тоже вошла в комнату.

– Да вот, подумал, что можно дождевик сделать. Работы там всего ничего, а Витьке пригодится.

– Есть даже лучше. – Тамара негромко рассмеялась. Тонкий дакрон тёмно-зелёного цвета. Три квадратных метра. Хотела тент сшить, да всё руки не доходят. Тебе как нормальный плащ?

– Да просто сложить пополам, проделать дырку для головы, типа пончо, а к дырке пришить капюшон.

– Оригинально. – Оценила Тамара и кивнула. – Сейчас будет.

Дождевик получился просто замечательным. Лёгким, плотным и удобным. Сложив его в чемодан, Виктор подумал, что было бы неплохо ещё сшить дорожную сумку, и с этой мыслью заснул. Завтра рано вставать.

[1] ОБХСС Отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности.

[2] Московский машиностроительный завод Кулон – головное предприятие ОКБ Павла Сухого

[3] Диагональ – вид ткани.

Экипаж космического корабля «Союз» находится в орбитальном полете четвертые сутки. На 11 часов 07 минут московского времени 5 июня корабль совершил 40 оборотов вокруг Земли.

Очередной рабочий день в космосе у Аидриана Николаева и Виталия Севастьянова продолжался 16 часов и проходил в соответствии с установленным распорядком. Выполнение технических и медицинских экспериментов чередовалось с периодами приема пищи, отдыхом и физической зарядкой.

Одним из технических экспериментов который выполнялся в течеиие 48 го н 49 го витков попета, являлась проверка точности одноосной ориентации корабля с учетом гравитационных и аэродинамических возмущений. С этой целью космонавт Николаев вручную сориентировал корабль таким образом, что его поперечная ось, лежащая в плоскости панелей солнечных батарей, оказалась направленной на Солнце. Вслед за мим он про-извел закрутку корабля относительно этого направление.

В дальнейшем ориентация корабля поддерживалась автоматически с использованием датчиков угловой скорости и двигателем ориентации. В процессе эксперимента проводилась киносъемка перемещения изображения Солнца на экране. На последующих витках полета товарищи Николаев и Севастьянов выполняли эксперименты по определению параметров орбиты с использованием бортовых средств.

Полет космического корабля «Союз-9» продолжается.

Правда 7 июня 1970 года

У Петра Александровича была своя двадцать четвёртая Волга, положенная ему как крупному инженеру – оборонщику. Краску для неё он привёз из Финляндии, и теперь невзрачная когда-то серая Волга, щеголяла тёмно-зелёным цветом с металлическим жемчужным отливом, на месте ярославских шин стояли настоящие финмилллер[1], а двигатель при нажатии педали газа отзывался солидным стопятидесятисильным гулом. Машину он переделал со знакомыми слесарями и станочниками, и показал парочке друзей из Комитета Госбезопасности. Те сразу заинтересовавшись, пробили тему через министра Авиапрома, и завод, теперь потихоньку модернизировал по одной – две машины в месяц, закрыв полностью тему по товарам народного потребления. И всем стало хорошо Высокотехнологичный завод не занимался выпуском всякого барахла из отходов, а делал полезное дело, зарабатывал дополнительные средства в премиальный фонд, ну и оказывал уважение хорошим людям. Потому как от Комитета можно было ждать как добра, так и разных подлянок, на которые они были великие мастера. Например, заловить заводскую охрану на нарушении регламента, и прислать комиссию по расследованию этого чудовищного преступления. И так до бесконечности. Но и завод мог ответить неприятностями. Так что люди взрослые и ответственные предпочитали дружить, и по пустякам никого не напрягать.

Они быстро доехали до площади Кировские ворота, где собирали детей, и Виктор с трудом отправил родителей обратно домой.

Пётр молча вёл машину внимательно следя за дорогой, и временами поглядывал на жену.

– Ты чего такая нахохленная?

– Да не. – Женщина отмахнулась. Просто думаю. Я же его крошечным ещё на руках таскала. Он у тебя ровно на двух ладонях помещался. А вдруг оглянулась, а он уже взрослый мужик.

– Ну уж. Скажешь. – Петр хохотнул.

– Не смейся. Женщины это очень остро чувствуют. Мы с тобой, занятые работой и собой, просто прозевали момент, когда он вырос. А ты знаешь, что он бегает по утрам?