Они с Асадовым решили меня добить? Господи, да за что мне всё это?

— Эй, сис. Ты мне не рада, что ли? Три года почти не виделись. Вырвался чудом, такую многоходовку замутил, чтобы увидеть тебя... Наташ, даже не думай соскочить, — строго говорит Макс. — Никаких отговорок, что ты за городом, у тебя много дел на работе и прочее. Буду сидеть и ждать под дверью. Соскучился невозможно.

— Макс, ты не шутишь? — дрожащим голосом спрашиваю я.

— Нет. Ты на связь через раз выходишь, отдалилась. Что мне оставалось делать? Чуть посвободнее стало дышать — начал думать, как к тебе вырваться. Да, рискую, но очень переживаю за тебя. Хочу убедиться, что с тобой действительно всё хорошо, как ты мне это и преподносишь. Имею на то право.

Мне почему-то хочется расплакаться от отчаяния.

— Погоди, так ты, может быть, не одна живёшь? С парнем, да? Угадал? Ну вот заодно и познакомлюсь. Я не стеснительный.

Ага, с парнем. Маленьким и черноглазым. И, увидев его, ты сильно удивишься. И сразу всё поймёшь. Не дурак ведь. С мозгами всегда был полный порядок, в отличие от твоей сумасбродной сестры, которая вляпалась в отношения со взрослым мужчиной, а потом ещё и забеременела от него.

— Через десять минут подъеду. Жди, — говорю я и сбрасываю звонок.

В принципе, я и не собиралась скрывать сына ни от Асадова, ни от Макса. Просто так сложилось. И я ни о чём не жалею. Как там говорил Динар? Меньше знаешь — крепче спишь? Вот, надеюсь, у них с Максом был крепкий здоровый сон всё это время, пока с моим были серьёзные перебои. Хотя с Максом спорно: у него полон дом ребятни и Егор почти одного возраста с Тимом... Чёрт, у меня, помимо успокоительного, и нет ничего. Алкоголь я не пью, а брат, наверное, захочет выпить после таких новостей.

Неужели в жизни так бывает? Ещё недавно было относительно тихо и спокойно. А теперь разом всё навалилось. И чувствую, что это не конец.

Макса замечаю сразу — он стоит у подъезда и курит. Ох уж эта противоречивая женская натура. Я хочу броситься ему на шею и заплакать, но в то же время сохранять холодный рассудок и держаться в стороне. Смотрю на него с минуту, и чувство такое, будто мы не виделись не три года, а три недели. С Асадовым несколько дней назад схожие ощущения были. И ведь они почти одновременно появились. Это совпадение? Они заранее о встрече договорились, и Макс знает о планах Динара? Нет, вряд ли. Асадов сегодня улетел, а Максу я давно ныла в телефон, что соскучилась и хочу увидеться. Только и подумать не могла, что он всерьёз решит прилететь. Он сильно рискует после всего, что произошло три года назад.

— Привет. — Крепко обнимаю его, и воспоминания обрушиваются на меня удушающей волной.

В носу начинает щипать, и я быстро моргаю, чтобы не заплакать.

Три года назад я так радовалась его освобождению, мечтала, что теперь всегда будем вместе, а в итоге ничего не сбылось. Не считая Тима. Хотя о нём я и не мечтала. Всё само собой получилось. Мне тогда противозачаточные таблетки не подошли, я бросила их, не допив несколько штук, и записалась на приём к гинекологу, чтобы она для меня новый препарат подобрала, а этих двух дней пропуска в итоге хватило, чтобы забеременеть от Динара. После незащищённого секса в машине и выпитой таблетки экстренной контрацепции у меня случился сбой в цикле. Вот я и просчиталась. Думала, что дни были безопасными.

— Ты изменилась, Наташка... Такая женственная стала. Ещё красивее, чем была, — нахваливает меня Макс, поглаживая по спине.

Мамой я стала. Только и всего. Но молчу. Сам увидит.

— Надолго прилетел?

— Нет. Завтра обратно. Мне сейчас светиться нежелательно. Но всё удачно совпало.

Мы поднимаемся на восьмой этаж, я открываю дверь ключом. Макс, не успев войти, сразу замечает детскую прогулочную коляску у входа. У него в Мюнхене, наверное, полно этого добра?

Я украдкой наблюдаю за ним и разуваюсь. Брат замер в прихожей и переводит взгляд с коляски на детскую обувь. По глазам вижу, что он ошеломлён, а его мозг работает с удвоенной силой. Ещё чуть-чуть, и пар из ушей повалит.

— Ну, проходи, что застыл? Только руки с дороги помой, прежде чем к ребёнку подойдёшь. Но это ты, надеюсь, и так выучил. У тебя своих трое.

— Наташ… — сипло выдыхает Макс, придя в себя, и смотрит на меня непонимающе.

Но я уже иду в гостиную. Он появляется в ней, когда я прощаюсь с Симой и отпускаю её до завтра. Максим глаз не спускает с Тима. Рассматривает так жадно, будто это его сын.

— У меня слов нет... Я не могу отойти от шока. Ты меня убила, Наташа. Сколько ему? — спрашивает брат и протягивает руки к Тимуру. — А если бы я случайно в гости к тебе не приехал, и дальше молчала бы, что сына родила?

Чувствую, как выдержка летит к чертям, по щекам текут слёзы. Вовсе я не сильная, но понимаю это только сейчас. Перед Максом стоит сломанная Наташа, у которой огромная дыра в груди вместо сердца.

— Погоди, получается, и Асадов о нём тоже не в курсе?

Я отрицательно качаю головой.

— Охренеть, — выдыхает брат и гладит Тима по пухлой щёчке. — Он сейчас у вас в городе. Ты знаешь?

— Знаю. Мы виделись. Буквально на днях. Он уже улетел. Динар будет вести бизнес с Градским.