Пунктуальность наш конек? Прекрасно — все работники должны находиться на своих местах за тридцать минут до начала рабочего дня. По факту за час. Не оплачиваемое время. Гигиена и чистота — залог успеха. Отлично — все работники, включая уборщиц, должны были и обязаны убирать волосы так, чтобы ни единого волоска не выбивалось наружу. Прозрачные лабораторные очки и плотная повязка всегда закрывали лица во время работы. Снять их можно было только в раздевалке. Повара падали в обморок от жары, и ни одного раза наша хозяйка этого не заметила. От постоянного ношения силиконовых перчаток у многих выступала сыпь. Порезы, без которых в нашем деле никак не обойтись, а так же ожоги, заживали на порядок дольше. Даже облегченного варианта формы нам не полагалась. Всегда длинные рукава, наглухо застегнутые куртки, какая бы жара не стояла в это время на улице.

Сейчас она удостоила меня презрительного взгляда, многозначительно взглянув на часы. Еще четыре минуты у меня было. Но разве я могла ей возразить? Все уже выстроились получить распределение — еще один ежедневный ритуал. На самом деле его делал наш шеф, и мог поменять нас местами после того, как она уйдет. Но даже это она хотела делать по-своему и все терпели.

— Привет, — когда мы наконец-то остались одни и разошлись по своим местам, ко мне подошел Ченг. — Почему опоздала?

— Проспала.

— Какая же ты соня, — судя по голосу, он смеялся надо мной.

Бросив на него короткий взгляд, я и сама не удержалась и улыбнулась. Ченг — единственный мой друг.

— Вчера кое-что случилось…

Но он не дослушал, кто-то окликнул его и он ушел. Жаль, поболтать не так часто было возможно. А просто рассказать, не пожаловаться даже, кроме него мне было больше некому. Не так часто что-то в моей скучной жизни случалось.

Мы дружили еще со времен старшей школы. Оба любили готовить и хотели в будущем стать знаменитыми шеф-поварами. Он меня сюда и привел, собственно.

Теперь виделись мы исключительно на работе. Выходные вечно в разнобой попадали. Да и времени свободного было не так уж и много, чтобы тратить драгоценные минуты отдыха на то, чтобы просто поболтать и посидеть где-то. Мы жили практически в противоположных концах города. И дел на выходные всегда набиралось столько, что иногда к концу дня я не понимала, что хуже — шесть дней отработать или вот так один день «отдохнуть».

Но все же мы виделись. Пусть и урывками, вечно занятые. Ощущать рядом с собой человека, который знает тебя чуточку больше, чем все остальные, было приятно. Пусть я неинтересная и скучная. Но он всегда находил для меня минутку. Это согревало меня. Единственный теплый и близкий человек в моей серой и беспросветной жизни. Даже у такой, как я, кто-то должен был быть.

Никто.

Почему я снова вспомнила об этом?

В отличие от помещения, где располагались наши клиенты, закуток, который был выделен для того, чтобы обедали служащие, не отличался не масштабом, не дизайном, не удобством. Небольшая комнатка, узкая. У одной стены стол с микроволновкой, чайником, крошечным холодильником и нехитрой посудой. С другой стороны, так же припертый к стенке стол, за которым мы ели. Глядеть в пустую стену перед собой было единственным развлечением. Никаких телевизоров, плакатов. График, по которому мы обедали, был единственным здесь «украшением». Только он обновлялся с завидной периодичностью. Мебель и оборудование, дешевые и не убиваемые, никогда не менялись. Есть нам полагалось только в этой неуютной коробке. Если времени не оставалось, о переносе времени приема пищи речи не шло, все строго по графику.

Зачем так много рассказываю об этом? Это странно, но при всем этом, я имею в виду — тотальный контроль, нелепые, несправедливые зачастую правила, хозяйка самодурка и ханжа — мне было там комфортно. Хотя, наверное, это не совсем правильно слово. Позволив поместить себя в настолько узкие рамки, я просто следовала установленным не мной правилам. Не особенно задумываясь и не принимая никаких решений. Возможно, я слишком инертна была и рада в глубине души, что у меня не остается времени подумать. Я просто должна была делать то, что мне говорят и так, как говорят, и меня это устраивало. Никакого внутреннего протеста во мне не было. Наверное потому, что я не чувствовала себя вправе осуждать тех, кто был сильнее и ярче, ведь сама понимала, что ничего из себя не представляю, слишком незначительна, скучна, бесталанна.

И я не могла не понимать, как мне все же повезло оказаться здесь. Несмотря на все минусы, это место было по-настоящему престижным. Попав сюда практически без опыта, я поверить не могла, что меня все-таки взяли. За два года, что здесь проработала, даже небольшое повышение получила.

— Роу, ты еще здесь?

Сегодня я ела одна, у девушки, что делила со мной обеденный перерыв, был выходной. Услышав голос Ченга, я удивилась. Раньше он никогда не приходил в это время. Праздная болтовня у нас, разумеется, тоже не поощрялась. Он вошел, прикрыв за собой дверь и прислонившись к двери спиной, закатив глаза, стянул вниз маску, изображая неземное блаженство.

— Что-то случилось? — я подумала, что его послали позвать меня, так как за время моего отсутствия появилась какая-то работа.

— Нет. Ешь спокойно, — он замахал на меня руками и прошел к столу, чтобы плюхнуться на стул. — Я вроде как в туалете.

Привалившись к стене, сполз немного вниз, вытянув насколько возможно ноги. А они у него далеко не короткие, между прочим.

— Устал? — я уже закончила почти, и доедать не стала, отодвинув тарелку.

— Нет. Просто надоело делать все по команде, как дрессированная собачка.