— Да, дай минералочки. Как думаешь, мои бредни о крае пустыни имеют шансы оказаться правдой?

— Если бы не имели, то я бы с места не сдвинулся, Игоряш. Выживальщик из меня крайне теоретический, но пару статей я читал. Внимательно читал, агась! В целом, ты всё верно сказал. Меня другое волнует, — дождавшись, когда я уставлюсь на него во все глаза, он продолжил. — А если нас пригласили, а мы ушли?

— Интересная версия, Борода. Значит, пусть догоняют. След из хлебных крошек мы оставили.

— О, это да! Я даже батон потерял где-то… Ладно, пошли. Не известно, как далеко нам до того мифического края пустыни. Лишь бы повезло и мы в ту сторону изначально пошли! Иначе факалити котёнку, агась.

— Борода, не нагнетай, а? Я только панику в организме успокоил, а ты опять!

— А что я? Я вообще молчу.

***

За весь последующий день я окончательно потерялся в собственных мыслях. Настолько погрузился в себя, в какие-то самокопания и догадки о происходящем вокруг, что даже не заметил, как начало темнеть. Равно, как упустил и расстояние, пройдённое нами… смешное, сдаётся мне, но хоть так.

Ноги с непривычки болели жутко. Организм в целом отреагировал на целый день гуляния по пустыне, под солнышком, довольно погано. Жажда, натёртости, боли в разных интересных местах, о которых офисная планктонина вроде меня даже не подозревает… и поганый настрой. Плохой кончился ещё утром, сейчас уже именно поганый.

Борода чувствовал себя едва ли лучше, хотя на усталость и боль в мышцах не жаловался. Зато был мрачнее тучи и витиевато материлися на всё вокруг. Даже на мои спотыкания об каждую кочку на пути. А что я могу поделать? Я устал!

В едва начавшихся сумерках и мрачных мыслях, сопровождавшихся дружеским перебрёхиванием между нами, мы едва не прорулили мимо оазиса… ну, когда-то он был таковым. Небольшая полянка выжженной земли, в центре которой торчало почерневшее не то от времени, не то от пожара дерево. Ночевать в таком местечке мне хотелось ещё меньше, чем в том проклятом сборище мегалитов, но альтернатив в округе не наблюдалось. И не факт, собственно, что появятся.

А вот Бороду всё устраивало. Он примостился на землю и что-то увлечённо жевал, запивая водой из бутыли, едва дойдя до этой подпаленой полянки.

Поняв, что от него инициативы не будет, я сам завёл разговор по волновавшему меня вопросу:

— Борода, как спать будем? Ну, понятно, что дежурим посменно, но по сколько и кто первый будет?

— Можно и так, Игоряш. А можно по-хитрому.

— Хотелось бы, как ты говоришь, по-хитрому, но звучит излишне утопично в нашей ситуации, Серёг. Давай, может, без экстрима и лишнего риска?

— Угомонись, Володин. Оба выспимся, агась. Хором.

Я так и не понимал, к чему он клонит, однако едва он начал развешивать сумки по веткам, а ветки в паре метров от земли, раскидистые, хоть и опалённые… картинка сложилась сама.

— ТАМ?!

— Агась. А что не так? Сумки повыше затянем, в ветках развесим. Потом сами. У меня верёвки чуть есть. Привяжемся для страховки. Можно даже гнездо в развилке свить, агась. Паутинкой прокинуть по рогатине, вот тебе и лежаки. В спальники завернёмся. Вот тебе и счастье!

— Серёг, а выдержит?

— Выдержит. Тут ведь не просто сухостой какой, а обожжённая. Закалённая древесина, назовём это так. На слух как, Игоряш, внушает?

— Вполне, но я всё равно опасаюсь.

— А ты не дрейфь, Игоряш. Тем более, что тебе лезть первому.

— А чего не тебе? Ты килограмм на двадцать больше моего весишь, значит, если выдержит тебя, то и меня потянет.

— Это верно. Но если я залезу, то как я тебя подсаживать буду? Вот то-то и оно, что лезь первым. Я тебе и остальные сумки передам, да спальники. Выше их развесишь. Я вооон там улягусь. А ты вот на этой ветке поместишься хорошо. Смотри-ка, даже с поддержкой спины тебе уступаю! — Он поднялся и направился в сторонку, справить естественные потребности, продолжая разглагольствовать. — И никакие гоблины утром не разбудят. И прочая живность не допрыгнет. Только Драконы, ваша светлость! Ахахаха…

От шутейки про летающих огнедышащих громадин я невольно напрягся. В иной ситуации я проигнорировал бы эту фразу как фоновый шум, но сейчас всё слишком неопределенно. Как бы не аукнулись нам такие шутейки.

Я начал несмело забираться на дерево, подталкиваемый под пятки Бородой. Это больше мешало, чем помогало, но отгонять я его не стал. Уж лучше с такой страховкой, чем вообще без какой-либо.

Да ещё и дерево это напрягает само по себе. Оно предательски поскрипывало подо мной и словно бы пошатывалось под ногами. Впрочем, возможно это меня так трясло со страху, что мне вибрация в ногах почудилась.