Убедившись, что в нашем тайнике пусто, я загрузил в броневик сумки со взрывчаткой и оставшимися минами. Пусть сейчас я и не видел для них достойного применения, но почему-то мне казалось, что вскоре всё это добро мне очень пригодится.

Спустя час неспешной езды мы пересекли немецкий квартал и выехали к окраине подконтрольного Мирзо сектора. Броневик мы остановили у здания больницы. Первым делом я вышел и убедился, что всё чисто. Держа ПП наизготовку, я махнул наёмнице, показывая, что путь открыт. Лишь после этого Гадюка осторожно подала машину вплотную к порогу. Броневик рыкнул дизелем и с большим трудом взобрался по ступеням, ведущим в здание. Захрустели разбитые стёкла. Наконец, машина рыкнула дизелем и проломила двери. Звук мотора заметался по пустым коридорам. Гадюка врубила фары и остановилась в холле. Я распахнул дверь десантного модуля и скомандовал:

– Выгружаемся, девочки.

Стриптизёрши замерли в недоумении. Похоже, они не до конца понимали, что происходит. Гадюка в очередной раз не подвела.

– Так, курицы крашеные, хватайте каталку и тащите эту жирную тушу за мной следом.

– Гадюка, ты что, здесь бывала?

Наёмница отрицательно покачала головой.

– Здание типовое, доводилось бывать в подобном, к тому же, вон схема первого этажа. Думаю, убежище в подвале. Тем более, если мы привяжем его к каталке, он уже никуда не денется.

Девушка подошла вплотную к лежащему на полу пленнику. В этот момент толстяк рванулся вперёд. Но я был настороже, и пока девушка лихорадочно соображала, перехватил противника и припечатал лицом о бронированный кузов арлана.

– Доброе утро, Мирзо.

– Ты труп, Штуцер, - простонал он, сплёвывая кровь.

– Извини, но я так не думаю.

– А ну развяжите меня, шалавы, - рыкнул толстяк.

Несколько ударов ногой поумерили его пыл и заставили замолчать.

– Да я же вам кишки выпущу и матки вырежу, - прошипел Мирзо, обращаясь к стриптизёршам.

– Это мы ещё посмотрим, - сказала одна из девушек и, воспользовавшись тем, что Мирзо продолжал громко ругаться, стянула с себя крохотные трусики и затолкала их в рот толстяка.

Тот обиженно замолчал, а покрасневшая Гадюка полезла в недра броневика.

Вскоре на пол рухнуло несколько рейдовых рюкзаков.

– Держи, а то кормилицу простудишь, - сказала наёмница, бросив одной из девушек свёрток с одеждой.

Стриптизёрша, не обращая на меня никакого внимания, наклонилась и сноровисто принялась одеваться. Вторая девушка, не дожидаясь приглашения, уже во всю потрошила рейдовый рюкзак. Мне пришлось деликатно отвести глаза в сторону и начать думать о футболе. Слишком уж соблазнительно выглядели эти девчонки. В чём-в чём, а в бабах Мирзо знает толк.

– Гадюка, присмотри за ними, - скомандовал я и ухватил каталку с жирдяем, и потащил её по коридору.

Толстяк замычал и попытался вырваться из удерживающих его ремней. Надеюсь, к моему возвращению девушки разберутся с трофеями и мы сможем продолжить путь. Правда, для начала, я планировал как следует допросить толстяка. Тот мычал и пытался выплюнуть импровизированный кляп.

– Не волнуйся, Мирзо, мы скоро с тобой закончим, - сказал я, закатывая каталку в одну из палат.

Я расстегнул ремни и пинком сбросил толстяка на пол. Тот болезненно замычал, а я перевёл ПП в режим одиночной стрельбы и придавил руку толстяка к полу. Выстрел в ступню заставил толстяка взвыть. Кляп выпал из его рта и по палате прокатился болезненный вопль. Я взял табурет, уселся на него и вытащил из своего рюкзака перевязочный пакет и жгут. Я обменяю эти вещи на несколько ответов.

– Да пошёл ты!
– заревел Мирзо.

– Ответ неправильный, - сказал я и мыском берца ударил по ноге пленника.

– Ууу!!!
– жирдяй взвыл на одной ноте.

– Я повторю своё предложение, но если ты откажешься, то я прострелю тебе вторую ногу.

– Спрашивай, - зарычал Мирзо.

– Где мне найти Айболита?

– Он сам тебя найдёт, - рассмеялся пленник.

Выстрел. Коленная чашечка Мирзо брызнула осколками крови и костей. Твою ж. Жирдяй отключился от болевого шока. Пришлось вытаскивать аптечку и вкалывать жирдяю промедол. Наконец, торговец пришёл в себя и прошипел:

– Айболит направляется к минусовым координатам.

– Где конкретно?

– Я не могу говорить, иначе он меня убьет.

– Я сделаю то гораздо быстрее. Говори, где он?

– Минус двадцать шесть. Ааа, сука!!!

– Говори, ушлёпок, или я вышибу тебе мозги.

– Я не могу, как ты не понимаешь, - зарычал Мирзо.

Я встал со стула и прижал связанные руки толстяка к полу. Хлопок. Визг раненой свиньи. Пленник упрямо молчал. Лишь после того, как я отстрелил ему еще один палец на руке, он сломался.

– ААА!!! У него там какие-то дела с местными, не знаю точно, - простонал толстяк после того, как я усилил нажим на пострадавшую ногу.

Пришлось среди криков толстяка улавливать частицы полезной информации.

– Кто стоит за Айболитом? Говори!
– рыкнул я.

Похоже, что толстяк пытается уйти от ответа. Я направил ствол ПП точно ему в лоб. Он попытался уползти, но тщетно. Наконец, он сорвался на визг.

– Он работает на контору. Я не знаю на кого. Мне просто платили деньги. Я не пытался задавать вопросы. Через младшего нашёл исполнителя, чтобы он украл ребёнка. Я не знал, что он захочет тебя убрать.