Так что, получив информацию о княжеском совете, я привёл себя в порядок и, подкрепившись, к назначенному времени – к трём часам по полудню, направился в самую большую штабную палатку нашего военного лагеря. Располагалась она на границе «палаточных кварталов» войск трёх княжеств: Выборгского, Хельсинкского и Тверского.

– Аскольд, добрый день, – когда я шёл через «Выборгский палаточный квартал» я столкнулся с самим князем.

– Здравствуйте, Антон Иванович, – пожал я руку Троекурову.

– Аскольд… На минутку…

– Да?

– Ходят слухи, что ваши бойцы пленили нескольких людей. В том числе и зомби. И… вроде как кого-то из них положили в общую санчасть… – он многозначительно посмотрел на меня.

Ну да, хоть бойцов и расселили согласно тому, какому княжеству они служат, чётких внутренних границ в лагере не существует. Бойцы разных княжеств вполне могут свободно общаться и ходить друг к другу «в гости». Да и Африке некоторые воевали бок о бок.

– Всё так. Двоих мы отчистили от контроля. Они стали обычными людьми, только без сознания, – глядя в глаза своему «приёмному» отцу Сони, произнёс я.

– Вот как… – расслабленно выдохнул он и улыбнулся. – Приятно слышать… Очень приятно слышать, – он многозначительно хмыкнул.

Я прекрасно его понял и решил порадовать мужика:

– Вероятно, интересующий нас контроль работает схожим образом, – намекнул я на контроль Годуновых над Рюриковичами.

– Ох… – выдохнул Троекуров и улыбнулся. – Какие же приятные новости! Эм… Аскольд. А что насчёт способа деактивации?

– Извините, Антон Иванович, я не готов рассказывать всем союзникам, как именно мы смогли превратить зомби обратно в людей. Но лично вы – другое дело, – я тепло улыбнулся. – Вы поделились со мной и Соней своими секретами. Обещаю, позже я покажу вам, то, что вас интересует.

Троекуров удивлённо округлил глаза, а затем благодарно кивнул.

Спустя восемь минут мы с князем Выборгским и остальными представителями княжеских семей сидели за огромным столом в огромной штабной палатке.

– Благодарю, что прибыли, господа, – взял слово Олаф Лехтонен. Акцент в его речи был более заметен, чем у его племянника.

В отличие от Юргена этот седобородый мужчина с сияющей лысиной на затылке казался абсолютно спокойным, а иногда даже улыбался. Не то, что гневливый княжич.

– Прежде всего, – продолжил Олаф, – хотел бы поздравить всех причастных к завершению паромной переброски войск. Большое дело сделано. Осталось только дождаться завершения всех… перелётов. И тогда все войска будут в сборе. Мы планировали не прибегать к помощи русских воинов до того, как вы все соберётесь. Но не получилось. Мы вынуждены просить вас выступить в самое ближайшее время.

Он склонил голову.

– Погодите, господин Лехтонен, – проговорил Юра Урусов.

Сегодня на собрании он, как и брат Юли Ромодановской, прибыл без сопровождающего. Насмотрелась молодёжь на нас с Арвином, тоже пытается самостоятельной быть. Хорошо, что им отцы позволяют.

– К чему такая спешка? – продолжил княжич Астраханский, когда, Олаф поднял на него взгляд. – Да, мы приехали сюда не в палатках сидеть. Но, как вы правильно заметили, ещё не все войска в сборе. Что случилось? Почему вы решили отклониться от плана, предложенного вашим королём?

– Я понимаю ваше удивление, – решительно кивнул Олаф. – И готов ответить. Враг продвигается быстрее, чем мы ожидали. Наши войска отступают. Сейчас они собираются в двух точках: близ городов Эребру и Йёнчёпинг. Однако же и силы врага объединяются в два крупных войска.

– Северное войско собирается у Эребру, а южное у Йёнчёпинга? – озвучил очевидное решение в текущей ситуации великий княжич Казанский.

– Всё верно, Игорь Евгеньевич. И если вдруг собранные перед этими городами королевские войска проиграют, если будут уничтожены, то враг откроет себе путь к Стокгольму. Лишь у стен столицы мы в таком случае сможем дать ему бой.

– Значит, его королевское величество, просит войска российских княжеств и ваш отряд оказать поддержку королевской армии на подступах к Эребру? – подтолкнул я Олафа к продолжению разговора.

– Все верно, Аскольд Андреевич. А в это время основные силы княжества Хельсинкского и немецких княжеств отправятся к Йёнчёпингу.

– Стало быть, практически одновременно пройдут два самых крупных сражения с момента начала этой войны, верно? – я продолжал наседать на него с вопросами.

– Всё так, Аскольд Андреевич.

– Стало быть, чтобы подбодрить своих воинов и настроить их на это важнейшее сражение, Его Величество Бьёрн Инглинг лично прибыл в Эребру?

В палатке повисла тишина. Олаф Лехтонен пять секунд смотрел на меня во все глаза.