– Стало быть, ты думаешь, что нынешний союз можно использовать и вне Северной войны, и он добьётся высот? – серьёзно спросил великий князь Казанский.

– Да.

– А что будет, если эти высоты привлекут внимание других могучих сил?

– С каких это пор великокняжеский род Ромодановских боится каких-то других великих сил? – с вызовом спросила Юля.

– Мы никого не боимся, – твёрдо ответил её отец. – Но глупо дразнить Канцлера и его коалицию, Юля.

– Дразнить – глупо. Но делать то, что необходимо твоему роду, твоим близким и друзьям – не значит глупо дразнить. Отец, я прошу тебя отбросить сомнения. Хватит полумер. Хватит мочить ноги, поглядывая на берег. Стоит уже нырнуть, а затем переплыть эту реку.

– Эх… – тяжело вздохнул великий князь Казанский, откинувшись на спинку креслу. – Всегда такая рассудительная была, а сейчас говоришь так, будто юношеский максимализм тебя захлестнул с головой.

– Папа, но…

– Тише, Юля. Я не закончил. Так вот эта ваша юношеская удаль, безбашенность… Удивительным образом, в вашей компании все в той или иной мере подвержены ей. Хотя… скорее всего, вообще все, кто окружают его сиятельство князя Енисейского, даже старички вроде вдовствующей императрицы или четы Троекуровых.

– Муж мой… – в голосе великой княгини Казанской послышались ледяные нотки. – Эти старички лишь на восемь лет меня старше. Не хочешь ли ты сказать, что через восемь лет я буду…

– Лиза! Тебе вечно двадцать два, этого достаточно. Ну вот… такую речь сбила.

– Затянул ты немного, – добродушно улыбнулась ему жену.

– В общем, Юля… Мне тоже хочется попробовать отбросить часть рациональных доводов, сдерживающих меня.

– Только часть? – напряглась великая княжна.

– Конечно, только часть. Ведь другая часть доказывает, что ещё большее укрепление связей как минимум с княжествами Енисейским, Новочеркасским, Выборгским и великим княжеством Тверским пойдёт на пользу нашему великому княжеству.

– То есть ты?.. – просияла Юлия.

– Да, я отправлю в Швецию второго Гуру и ещё несколько укомплектованных рот. Есть у меня желание не только выгоду от этой войны получить, но и… Ах, – он махнул рукой и повернулся к своей жене, – каких мы с тобой замечательных детей вырастили!

– Конечно! – улыбнулась великая княгиня. – Что-что, а делать замечательных детей у нас с тобой прекрасно получается.

– Мама! – возмутилась Юля. – Ну не за столом же!

Елизавета Алексеевна посмотрела на дочурку и покачала головой:

– Несмотря на всю замечательность, всё же перед свадьбой тебе нужно будет кое в чём просветить… А то как дитё малое, право слово!

Две недели нам потребовалось, чтобы укрепить линию обороны при Эребру и свести практически к нулю вероятность прорыва врага с этой стороны. За эти две недели мы каждый день сражались с группировками британцев и франко-испанцев. Эти сражения носили локальный характер, до масштабов битвы, отгремевшей в ночь на тридцатое октября, им было далеко.

В результате всех подготовок мы получили возможность снять часть войск с защиты Эребру и отправили их в Стокгольм.

Однако в самом Эребру тоже требовалось оставить не «трёх калек», а вполне боеспособный гарнизон под предводительством умелого командира с большой личной силой.

Временным командующим здесь был назначен великий князь Тверской. За две недели он полностью восстановил здоровье и почти восстановил свой максимальный запас живы.

– Соглашайся на эту почётную должность, – наставлял я Андрея Оболенского ещё до его назначения на пост командующего силами Эребру. – Это тебе в наказание за то, что чуть не помер.

– Но ведь не помер же, – возражал он.

– Потому и наказание, считай, номинальное.

– Рядом с вами в Стокгольме от меня будет больше пользы, – проворчал великий князь.

– Если ты помрёшь, пользы от тебя не будет вообще.

– Но…

– Хватит уже спорить! Лично мне будет спокойней, если ты останешься здесь, у Эребру. И не думай, что я пекусь о твоей жизни. Даже с неполным запасом живы, не одной живой ты силён. Я действительно не могу придумать лучшую кандидатуру для командования войсками здесь, чтобы командир мог и грамотные приказы отдавать, и сам был способен вступить в бой.

– Малосильный. Или же Тимур Кириллович Ромодановский, или же…

– Хватит. Ты, ко всему прочему, ещё и великий князь. И тебе явно будет проще командовать сборной солянкой из русских ратников разных княжеств и солдат шведской короны.

В итоге, поворчав, Андрей Оболенский, разумеется, принял возложенное на него задание.

Но Форкх его дери… Тоже мне наседка. Будь его воля, он бы, как и в прошлой жизни, от меня ни на шаг не отходил.

Хотя… Я тут, конечно, преувеличиваю. В этом мире мой старый слуга появился гораздо раньше меня, и я считаю, что он стал вполне достойным великим князем. Самостоятельной могучей политической единицей. Заботливым господином и владыкой своих земель.