Странный какой-то король.

И генерал Свенссон тоже странный…

А ведь я рассматривал вариант не возвращать сразу его королевское величество шведам. Подержать его у себя. Разумеется, не как пленника, а как гостя…

– Хорошо, скоро будем, – ответил я Троекурову, приняв решение.

Пока мы летели на базу, я разузнал, как обстоят дела на других полях сражений, и в целом остался доволен услышанным.

Спустя девять минут как мы выкрали короля, я в компании сорока космодесантников и двух спящих тушек приземлился перед зданием штаба на военной базе на северо-западе от Эребру.

Нас встречали сам маршал, оба его генерала и четверо офицеров. Плюс охрана штаба крутилась поблизости. Разумеется, здесь же был князь Выборгский с помощниками.

– Приветствуем всех собравшихся! – громко сказал я, первым опустившись перед встречающими и сняв шлем. – Говорю сразу. Враг сделал из Его Величества и генерала Риденгера зомби, но мы смогли их излечить и с радостью возвращаем вам.

Мои космодесантники, точно принцесс, поднесли двух «спящих» мужчин. Магнуса Риденгера бесцеремонно скинули на руки генералу Ульссону, а Бьёрна Инглинга – генералу Свенссону.

Маршал, стоявший между двух своих генералов, лишь бросил взгляд на тушку Риденгера и внимательно уставился на короля. Чуть нахмурил брови, затем перевёл задумчивый взгляд на мою фигуру.

У меня на языке вертелась фраза, которая, как мне казалась, сейчас бушевала в голове маршала. Но Эриксон не произнёс её, продемонстрировав, что не зря носит свои погоны.

– Благодарю вас за помощь, ваше сиятельство, – произнёс он, склонив голову.

Вслед за ним поклонились и остальные шведы.

Я хотел вежливо ответить, мол, не стоит. Но не успел. Услышал приближающийся рёв мотора.

Хах! Форкх меня дери, неужели я прав насчёт спасённого нами короля?

– Кто-то спешит к нам в гости, маршал Эриксон, – с полуулыбкой произнёс я. – Вам уже доложили?

Эриксон нахмурился ещё сильнее. Сжал губы, а затем напряжённо кивнул.

– Да, – выдохнул он и повысил голос: – Попрошу всем расступиться. Дать дорогу!

Офицеры и мои космодесантники удивлённо расступились, образовав полукруг. Я заметил, как некоторые шведы с недоумением косятся на генерала Свенссона. Их взгляд будто бы кричал: «Чего замерли, генерал? Велите отнести Его Величество в лазарет! Срочно!»

Но тот, как истукан, стоял на одном месте и тупо глядел на распахнутые ворота базы.

И вот на территорию въехала тёмно-зелёная машина. Старенькая, причудливой формы – эдакий одногорбый верблюд с округлым кузовом и ревущим двигателем.

Машина остановилась в десяти метрах от маршала Эриксона. Четыре её дверцы распахнулись одновременно. Хех, по-любому водитель и телохранитель спешили открыть двери для пассажиров с заднего сидения.

Но не успели.

К этим пассажирам и было приковано всё моё внимание. Я увидел две фигуры в одинаковых чёрных плащах с капюшонами. Одна – высокая и долговязая. Другая ещё выше – метр восемьдесят семь, учитывая каблук, с широкой спиной и гордой осанкой.

Хех… какая стать! Какие уверенные движения.

А ведь он просто вышел из машины.

Человек поднял обе руки и скинул с себя капюшон.

Белокурые волосы, тяжёлые скулы, крупный подбородок. Очень похожее, но менее властное лицо я уже сегодня видел.

– Это же… – удивлённо заговорил князь Выборгский, стоявший рядом со мной, но осёкся.

– Ага, – усмехнулся я. – Король Швеции собственной персоной.

Его Величество Бьёрн Инглинг обратился к своим поданным на родном языке. Я стоял в четырнадцати метрах от него, но всё равно чувствовал колыхания невидимой силы. Правда, чувствовал очень слабо из-за разделяющего нас расстояния.

И всё же я окончательно убедился, что местный король владеет зародышем Ауры.

– Благодарит поданных за службу и просит прощения за то, что заставил волноваться, – князь Выборгский переводил для меня речь Его Величества. – А теперь в знак признательности он продолжит на русском языке.

Едва Антон Иванович замолчал, король повернулся в нашу с ним сторону. Радушно улыбнулся и кивнул.

Я кивнул в ответ, и мы с королём одновременно зашагали друг другу навстречу. Поняв это, Бьёрн улыбнулся.

– Рад лично приветствовать вас, ваши сиятельства, – поздоровался он со мной и Троекуровым и протянул руку.

– Простите, что в перчатке, Ваше Величество, – с улыбкой произнёс я.

– Ничего-ничего. Рад прикоснуться к вашему новейшему оружию, – проговорил он, пожав перчатку моего космодоспеха.

После двадцати секунд расшаркиваний со мной и Троекуровым Бьёрн Инглинг обвёл взглядом всех присутствующих, давая понять, что готов сказать нечто важное.

– По некоторым причинам я был вынужден остаться в Эребру, и вместо меня в столицу отправился мой двойник Ульрих. Полагаю, вы всё это и так поняли. И всё же, пока он был в плену, я был вынужден скрываться. Я объясню почему, – произнёс он, глядя на маршала Эриксона и его офицеров. – Услышав о том, что Ульрих объявил врагами наших русских союзников, я понял, что его взяли под контроль. Я уверен, что ни Ульрих, ни генерал Риденгер не предали бы меня! А значит слова, сказанные ртом Ульриха, не принадлежат самому Ульриху. Вот о чём я подумал. А затем я подумал, что, вероятно, тех, кого превратили в зомби, можно использовать иначе. Что если зомби можно выдать за обычного человека? И притом он всё равно продолжит делать то, что велит ему тот, кто его обратил?