Шрифт:
— Вы что здесь устроили? — прогремел сзади старческий голос.
— Она не хочет работать, — пояснил Стас.
— Мы не договаривались насчет нескольких человек, — глухо произнесла девушка. Она спокойно посмотрела на Мурата, а потом и на Константина. Выдержала его полный больного разочарования взгляд.
— Да мы тебя вдесятером зажарим, крошка! Будешь вякать!
Один из молодых людей дернул Софью за руку. Невесомая девушка в момент оказалась на коленях. Помощник Мурата взял ее за шею и потряс.
— Лучше не глупи.
— Так, Вадик, — Мурат заметил официанта, — отбивную сделай как обычно. Старайся хорошо. А вы не сильно тут, Римма мне шкуру снимет за свое имущество! Пошли, Костя.
Константин как в трансе последовал за стариком. Тот уже скрылся в комнате, а он еще стоял у входа. В ушах словно шумела вода.
Таинственная Соня оказалась обычной девочкой по вызову. Какой же он дурак! Душу рвала жгучая обида. На кого? За что? Ответов не было, как и вопросов… уже. В висках стучало, к горлу ползла тошнота. Он слышал вибрацию своего сердца в грудной клетке, и как Соня просит помощи на другом конце коридора.
Глава 2
«Пожалуйста, помогите… Пожалуйста, помогите…»
Слова Сони били его по ушам, хотя в реальности ее голос был едва слышим в этой части этажа. Константину казалось, его голова вот-вот лопнет. Он переступил порог помещения, в котором ждал дядя, и плотно закрыл дверь. Но все равно продолжал слышать.
«Не надо! Отпустите!..»
Костя едва не застонал.
— Дядя Мурат, отдай мне ее.
Пожилой мужчина вскинул на него взгляд из-под тронутых сединой бровей. Он явно не понимал о чем речь, потому что и думать забыл про орущую девку. Если бы Костя не был настолько ошарашен происходящим, он бы заметил, как полноватый родственник тяжело дышит от, казалось бы, небольшой прогулки по коридору.
— Ты про Риммину девчонку? Пфф… Забирай, какие проблемы. Покушаешь и развлекайся, они как раз закончат.
Но Константин не мог ждать.
— Сейчас заберу. И поеду.
Дядя сипло выдохнул и расстегнул пуговичку на дорогой темно-синей рубашке. Старый кавказец не потерял желания выглядеть с шиком. Правда, было заметно, как ему жарко и неудобно в модельной вещи.
— Ну, — он вскинул руки, — как хочешь, сынок.
Дверь отворилась, заглянул молодой работник кухни.
— Прожарку среднюю делать? — уточнил он у Константина, придерживая длинную светлую челку.
Костя молчал.
— Делай среднюю, делай. Стаса позови сюда, — велел Мурат.
Стас вошел через пару минут, неуверенно лыбясь. На его простом лице не было печати интеллекта. Полные губы, чуть вздернутый толстый нос. Глаза маленькие и юркие. Он был чуть ниже почти двухметрового Константина, но гораздо плотнее. Настоящий шкаф.
— Проститутку отдай Косте и присмотри там. Я провожать не буду, — Мурат сделал несколько жадных глотков из идеально-прозрачного стакана с водой, — устроили шапито, неудобно перед образованным человеком.
Костя шел за Стасом привычным маршрутом к лестнице, но тот вдруг резко дернул одну из черных дверей по левую сторону.
— Ребят, стопэ.
Тощий рыжий парень поднялся со старенькой тахты, которая стояла в углу прокуренного помещения. Напротив за квадратным столиком под приглушенный ржач выпивали еще несколько молодых людей. Костя заметил, как Соня отползает в угол лежанки. На ее лбу виднелась струйка заветренной крови.
— Хозяин отдал девку ему, — Стас кивнул на Константина.
— Не понял?! — рыжий петухом подскочил к ним.
Он со злобой и пренебрежением смотрел на Костю, одергивая штаны.
— Ебало закрой. Константин Константиныч — племянник хозяина, — спокойно пояснил Стас.
Помощник дяди сам выволок Соню из здания, крепко взяв за локоть. На Костю она не смотрела. Когда они оказались на подсвеченном фонарями мокром асфальте улицы, Костя попросил: — Стас, иди к дяде, все в порядке.
— Уверены? Брыкаться же будет, тварь. Меня даже укусила. Римка совсем того, берет на работу бешенных.
— Ничего, иди, — поморщился Константин.
Они стояли близко. Сомнения Кости развеивались, как аромат резкого одеколона ушедшего Стаса. Он еще надеялся, что это не она. Но нет…
Соня сложила руки на груди.
— Зачем вы это сделали? — злой взгляд. — Я бы просто ушла. Не поеду с вами! Мы так не договаривались!
Девушка резко развернулась и зашагала прямо по малолюдной улице промышленного сектора. Хотя в такой поздний час дорога была вообще пустынной. Костя ощутил, как тошнота вновь берет его за глотку. Лучшим было бы сесть в машину и уехать. Он не чувствовал жалости, уж тем более прежнего трепета. Правда о ней нокаутировала все странно зародившиеся чувства.