– На самом деле, – Стас сделал паузу для того, чтобы официантка смогла спокойно поставить свой заказ. – Вика действительно ухаживает за моим больным родственником и она потрясающе заботливая медсестра, но… познакомились мы чуть раньше. То есть, как познакомились… Я её увидел в клубе. Пробыл там совсем недолго, но успел заметить её. Она на самом деле потрясающе танцует, но ничего больше. Если вам станет легче, она не спит со своими клиентами.

– Но ведь с тобой она спит. И как сказала эта девчонка, ты часто приходишь в клуб. То есть, ты можешь считаться её постоянным клиентом. Как ты это объяснишь?

– Но ведь я и в больницу часто прихожу, навестить деда. Разве в этом случае я не могу считаться постоянным посетителем хосписа?

Владимир долго смотрел на него, прежде чем снова заговорить.

– Ты на самом деле адвокат? Или здесь ты тоже наврал?

Вместо ответа Стас достал телефон и вытащил из галереи картинку. Совсем недавно он сделал фотографию себя на фоне своего адвокатского удостоверения, но не успел удалить её. Как знал, что может пригодиться.

Старший брат внимательно рассмотрел каждую букву в удостоверении, но так и не нашёл, к чему придраться. Он вернул телефон обратно и кивнул.

– Ну, допустим. Тут всё сходится. Теперь следующий вопрос. Как вы съехались?

Стас замялся, пытаясь сообразить, стоит ли говорить всю правду об этом инциденте. Но выхода не было.

– Не совсем так радужно, как я описывал раньше. У Вики была соседка, с которой они были… мягко говоря, не в ладах. Прохода не давала, придиралась постоянно, вызывала на агрессию. Однажды эта… порылась в телефоне Вики и увидела сообщения с 900, а там не то, чтобы крупные, но поступления были периодическими. На тот момент твоя сестрёнка уже устала её терпеть, вот и ляпнула, что на панели подрабатывает, – Стас заметил вопросительный взгляд Владимира и поспешил пояснить, пока тот не подумал что-нибудь не то. – Нет, конечно. Она только танцует.

– Голая, – напомнил брат Вики.

– Полуголая. Но она просто танцует, ничего лишнего себе не позволяет. Видимо это сильно раздражает её коллег, вот поэтому такие как Роза и строят ей козни. Хотя… это впервые.

– Так, ладно. Допустим. Я понял, что это так называемые чаевые и это её деньги. Это её личное дело, хотя я против такого заработка. Вопрос в другом: на каком основании её соседка рылась в её вещах и откуда ты вообще об этом знаешь? И почему разбирательство не устроили?

– О, разбирательство было и ещё какое, но немного другого характера. Кто-то в общаге воровал и Карина просто прикрылась бдительностью. Хотя все знали, что на момент краж Вика дежурила в больнице. А откуда я обо всём этом так подробно знаю? Меня привлекли в частном порядке для того, чтобы составить заявление на общежитие. Там всё очень сложно и я не уверен, что это всё имеет какое-то отношение к Вике.

– С того момента она живет у тебя, – задумчиво произнёс Вова, ковыряясь в тарелке. – И что вы дальше думаете делать?

Дальше? Что значит “дальше”? Он что, не станет настаивать, чтобы они разбежались? Неужели старший брат одобряет их связь?

– В каком смысле?

– Я так понимаю, что вы даже толком не встречаетесь. Вы оба ведёте себя как два очень хороших друга. Я так ни разу и не увидел, чтобы ты приобнял её или поцеловал, – улыбнулся Владимир. – Так что давай, рассказывай, что вы собирались делать дальше? Квартиру ей искать будешь? Может, вам помочь чем-нибудь? Деньгами, например.

– Не нужно, – Стас расслабился. – У Вики есть деньги, у меня мозги. Что-нибудь придумаем.

– Ты уверен? Может, спросим у неё?

– Я бы не хотел, чтобы она знала, что я уже подбираю варианты.

Владимир ещё раз внимательно посмотрел на него.

– Давай договоримся, Стас. Мы с братьями не будем лезть в ваши отношения, а ты поможешь уговорить её бросить стриптиз.

Молодой адвокат усмехнулся.

– Я могу попробовать, но не уверен, что она меня послушает. К тому же, это её жизнь, это ей решать.

– Ты попробуй. На всякий случай. Если не поможет, тогда уже вмешаемся мы.

Стас пожал плечами, но всё же согласился. С одной стороны, ему и самому не хотелось бы, чтобы Мальвина исчезла, но с другой… он уже давно мечтает о том, чтобы девушка танцевала только для него. Навряд ли у него получится отговорить её… точнее, он уверен, что Вика его не послушается, но он мог бы предложить прикрывать её в обмен на персональные танцы. И пусть себе танцует дальше. А что касается его эгоистичного желания, то вроде бы как она уже предоставляет ему персональные услуги. Лично и только для него.

– Я поговорю с ней. Если понадобится, несколько раз поговорю.

Вика заперлась в ванной и села на пол, подперев спиной дверь. Она чувствовала упадок сил и какую-то апатию. Вроде бы с братьями ситуация разрешилась, по крайней мере они собираются после праздников тащить её домой, в эту беспросветную дыру, которую даже провинцией назвать было нельзя, но всё же на душе было очень гадко. Стасу, конечно, огромное спасибо за помощь, но его никто не просил вмешиваться. Может, ему и нечем было заняться, но теперь она будет ему должна.