– Будем надеяться, что это не так, – сказал Эдгар и снова перевёл взгляд на монумент.

– А если мама умрёт, она будет вместе с папой на небе?

– Не знаю, дитя моё, возможно, – детская непосредственность порой смущала. – Но зачем об этом думать? Мама жива.

– Лучше бы они там не встретились, – сказав это, девочка стала максимально серьёзной.

– Это ещё почему?

– Ой, да это же все небеса трястись будут, когда она на него орать начнёт! У нас дома соседи порой стучали в стены, чтобы мама не ругала папу.

Эдгару пришлось прятать усмешку в рукав плаща, так как богатое воображение тут же ему живописало разборки на небесах до их натурального трясения.

– Эх, Алиса, – произнёс литератор и потрепал малышку по голове.

Звонок телефона показался крайне неуместным здесь и сейчас. Эдгар поднёс гаджет к уху.

– Правитель? – раздалось с той стороны.

– Да, слушаю.

– К сожалению, вся передовая медицина оказалась бессильна. Она умерла.

– Что ж, – Эдгар тяжело вздохнул. – Готовьте документы на усыновление.

Отключив связь, он положил гаджет во внутренний карман плаща, затем попытался спрятать глаза в созерцании окружающего мира, но у него ничего не вышло, он буквально чувствовал на себе буравящий взгляд маленькой девочки. Пришлось вернуть ей своё внимание.

– Мамочка уже на небесах? – спросила Алиса.

– Ты же знаешь.

– Я буду скучать по ней.

– Понимаю.

Эдгар взял малышку за руку, и они вместе пошли к правительственному электролёту, стоявшему метрах в ста на специально расчищенной для этого площадке.

Сильный запах озона бил в нос не хуже самого электроружья. Разряды этих адских плетей, как Майк называл их про себя, сверкали непрекращающейся чередой и наполняли воздух зловещим надрывным треском. Тут и там падали электрогранаты, но пока далеко от окопа, который занял молодой человек.

Ещё полгода назад Майку сплохело бы от подобного зрелища. Но сейчас его разум оставался холоден и продолжал размышлять. Раз его ещё не накрыли шквальным огнём, значит, противник не знает точно, где находится боец. Это ему, конечно, на руку, но если сидеть на одном месте, то рано или поздно его вычислят, и тогда уж точно всей миссии – хана.

Глубоко вдохнув, Майк сильнее вжался в землю и пополз по-пластунски. Однако пробираться он стал не к своей базе, что было бы равносильно поражению, а в противоположную сторону. Да, стрельба там значительно интенсивнее, но вся она, насколько мог судить молодой человек, верховая. Напряжение вокруг него, да и в нём самом – росло. Казалось, что вот-вот в него угодит шальной заряд, и всё, – прощай. Но шли минуты, а он продолжал ползти по грунту, оставляя за собой широкую полосу.

«Стоит заглянуть кому-нибудь в окоп, и…»

Но парень гнал прочь от себя подобные мысли. Победить неприятеля можно лишь одним способом: застать врасплох. И он это сможет сделать! Главное, чтобы куда-нибудь поблизости не угодила электрограната.

Прошло минут двадцать, когда Майк понял, что самый напряжённый участок позади. Над ним значительно реже трещали разряды, почти не взрывались гранаты, не были слышны возгласы бойцов. Судя по всему, если он сейчас высунется из окопа, то окажется с правого фланга противника – именно там, где и должен, так как это самое незащищённое место. Он спокойно успеет убить человек десять, пока они поймут, откуда стреляют, а он тем временем уже снова скроется за бруствером и переместится дальше.

Молодой человек тщательно проверил настройки оружия. Сейчас от этого зависело слишком много, чтобы оплошать. Широкий спектр поражения – лучший вариант.

Майк, словно детская игрушка из коробки, выскочил из окопа, моментально прицелился в снующих солдат неприятеля, которые оказались ровно там, где он и предполагал, осталось лишь прикоснуться к сенсору стрельбы.

Но в этот момент к его затылку прижался холодящий металлом ствол.

– Ты убит.

Услышав голос, молодой человек решил, что ослышался, но, обернувшись, увидел перед собой главного инструктора по ведению боя – Арнольда.

– Демоны, – с досадой сказал Майк, – а я должен был предполагать.

– Но не удосужился проверить, поэтому – убит, – голос у Арнольда не был резким, однако даже в его кажущейся мягкости слышались командные нотки.

– Незачёт? – вздохнул Майк.

– Зачёт. Ты единственный, кто зашёл так далеко. Хочу предложить тебе кое-что. Можем обсудить это за кружечкой электроэля.

Юноша не верил своим ушам: сам Арнольд зовёт его выпить с ним!