Шрифт:
Потом, когда они оба немного успокоились, и старый пёс Пит – любимец матери, лёг у его ног – утешал тоже, она спросила его – написала на листке блокнота, который всегда носит с собой: почему ты плакал? Что случилось?!
– Да, – Подумал Риг. – «Что случилось?»… Меня бросили, бросили, или покинули, даже не знаю, как это назвать…
Мама посмотрела на него задумчиво, написала: я читала, что ты и Моника развелись, ты из-за этого так переживаешь?
– Не из-за этого, – Сказал он, ей.
Решился сказать:
– Я полюбил другого человека, мама.
– Кого? – Написала она. – Как её зовут? Кто она?
Риг заглянул ей в глаза.
– Это он. Его зовут Ари – он музыкант.
Глава 4
Два дня спустя
Нью-Йорк
Се Ён позвонила Ригу Корсмо и договорилась с ним о встрече. Она больше не могла смотреть на страдания Ари.
Они договорились встретиться в его офисе, расположенном в Мидтауне – центральной части боро 3 Манхэттен.
3
Боро (англ. Borough) – единица административного деления города Нью-Йорк (Википедия)
Се Ён пришла первой – Риг опаздывал, она получила от него предупредительное сообщение, что он опоздает минут на 15-20.
Её встретила секретарь – хорошенькая молоденькая женщина, предложила напитки. Се Ён отказалась – нервы!
Офис Рига Корсмо был великолепен… и скромен – минимализм!
Риг приехал – доехал, пришёл… Она его почти не узнала – казалось, на его лице были только одни глаза, – потухшие, глаза. Как они сияли, эти глаза, при их первой встрече! Как бриллианты… Се Ён вдруг поняла, почему «бриллианты – лучшие друзья девушек», если не горят глаза, то пусть горят бриллианты, не так ли? Но он всё равно был хорош собой, даже такой – несчастливый, в грусти и печали – в тоске!
Она подумала, очарованно – с лаской, – Как ты страдаешь по моему сыну!..
Подумала, – Я бы хотела, чтобы ты так страдал по мне, но не судьба – ты любишь моего Ари!
Риг поцеловал ей руку – старомодно, трогательно, нежно – этот мужчина знает, как обращаться с женщиной!
Посмотрел на неё.
– Здравствуйте, Се Ён!
Заглянул в глаза.
– Здравствуйте, Риг!
– Как ваши дела?
– Мои – хорошо, а ваши, не очень, не правда ли?
– Правда! – Кивнул, покаянно, с симпатией в глазах, с усилием улыбнулся.
– Вы сегодня очень красивы, впрочем, как и в прошлый раз, когда я увидел вас впервые!
Се Ён улыбнулась.
– Я знаю. Я всегда красива!
Он посмотрел на неё с удивлением, смятенно, мужчина по имени Риг.
Она добавила:
– Когда не любишь, красивой быть легко!
Он посмотрел на неё задумчиво, высокий, широкоплечий, с крепкой челюстью похожей на гранитный утёс.
– Я думал, что вы любите своего мужа…
Се Ён вновь улыбнулась – добродушно, так, словно Риг был мальчиком из церковного хора.
– Ари вам так сказал? Люблю… Но себя я люблю больше!
– Разве это любовь, когда себя любишь больше!?
– Да… – С нежностью улыбнулась она. – Любовь к себе!
Он смутился, задумался.
– Я так не могу… И не хочу!
– Величайшее счастье в любви, – Вдруг сказала Ригу, Се Ён. – Это любить человека, который тебя не разочаровал!
Они посмотрели друг другу в глаза.
– О чём вы спрашиваете меня, Се Ён?
Он понял, Риг.
– О моей вечной любви – об Ари, он вас разочаровал, Риг?
– Нет.
Риг покачал головой.
– А вы его?
– Нет!
Она посмотрела на него очень внимательно, черноволосая – с чёрными миндалевидными глазами.
– Не понимаю… как это возможно, Риг, так любить друг друга и так бояться друг к другу прийти… Почему?
Она сама не знала, о чём спрашивает его, – о чём именно.
– Почему?!
Он опустил глаза, а потом поднял – посмотрел на кинопостер фильма «Жажда смерти» – Чарльз Бронсон в роли Пола Керси – мстителя.
– А он хочет, чтобы я пришёл, Се Ён?!
Тоска в его голосе, и… сожаление?
Се Ён проследила за его взглядом – у Пола Керси были глаза человека, чей мир рушится.
– А что у него ещё есть? Кроме этого желания – всё исправить…
Она перевела взгляд на Рига.
– И у вас, Риг… Что у вас есть, кроме этой любви!?
Риг усмехнулся, как жестоко… и правдиво!
Подумал, – Ты права, что у меня есть? Да ничего!
– Вы трагически правы. – Сказал Риг, Се Ён.
– Я как вы (или как все?) – космически одинока – это и моя трагедия тоже!