Ах, Великая Иллидара, империя, которую мы теперь можем посетить разве что в своем воображении! — расплылся в мечтательной улыбке мужчина в кресле.

«»»

— Как удивительно совпало, в утробе матери нашего славного генерала уже травили. И этот яд годами не подавал никаких признаков своего существования. Кто мог подумать, что вещество, которое должно было убить его, в итоге однажды спасет ему жизнь! Но это ненадолго, — посерьезнел Хорваш, на его лице было написано презрение и злоба.

Мэй осторожно осмотрела комнату. Не мог принц встречать их в одиночестве. Где-то должны были прятаться его воины. Подобраться к принцессе было невозможно: она лежала прямо перед Хорвашем. Звероподобный мужчина, заметив изучающий взгляд Мэйрилин, скривил губы в насмешке, видимо понял, что она думает о том, как спасти Брунис и выбраться отсюда.

— Ну не торопитесь, у нас полно времени. Думаю, моя любимая сестрица продержится еще пару часов. К сожалению, я не прихватил погребальный саван с гербом семьи, мой просчет, — развел руками принц.

Даналь шумно выдохнул.

— Кстати, виконт, мои соболезнования. Скоро ведь очередная годовщина гибели бывшего виконта и виконтессы, — голос Хорваша не содержал ни грамма жалости или грусти, с которыми принято произносить подобные слова. Его глаза радостно горели, было видно, что он наслаждался промелькнувшей на лице Уэсли вспышкой боли.

— Ах ты гаденыш, сейчас получишь! — подался вперед виконт, сжимая руки в кулаки. Безрассудная ярость сменила мимолетную слабость мужчины.

— Стой! — успела среагировать Эйвис, обнимая блондина со спины и останавливая его порыв. — Он только этого и добивается, пожалуйста остановись, — шептала девушка.

Уэсли замер. Его рука была вскинута в замахе, готовая обрушиться на Хорваша. Виконт плотно сжал челюсть и отвернулся, ослабляя хватку Эйвис. Но Уэсли остался на месте, освободившись от обнимающих рук. Хорваш цокнул, снова поочереди переводя взгляд с одного гостя на другого.

— У каждого свои секреты, верно? Даже между близкими родственниками могут быть тайны. Уважаемый доктор, вам нужно поскорее рассказать правду, будет обидно, если вы умрете, и истина умрет вместе с вами.

Мэйрилин по-прежнему не отводила от Хорваша пристального взгляда, но слова принца и для нее самой были неожиданностью. Было ясно, что у Уэсли и Дана есть какие-то тайны, но как об этом пронюхал принц. Откуда он столько знает? Кто его информатор? Может ли кто-то стоять за его спиной?

— Чего ты добиваешься? Даже родную сестру не пожалел, ты вообще человек? — голос Даналя эхом отразился от стен. Упрек в его словах был очевиден.

Усмешка исчезла с лица Хорваша.

— Ты начинаешь меня раздражать. Нет у меня терпения к вашей братии, — принц, до этого вольготно сидевший в кресле, встал.

Даналь сдержался, бледнея от упоминания принцем расправы над целительским корпусом. Не один его знакомый распрощался с жизнью в тот день. Мэйрилин и остальные сразу напряглись, готовые в любую секунду отражать атаку или нападать.

— Что ж, немного поболтали и хватит. Дальше можете побеседовать с моими людьми, — принц элегантно махнул рукой в воздухе, оставляя возникших из скрытых ходов дома вооруженных воинов в черных одеждах и таких же масках на лицах, ринувшихся на четверку за своей широкой спиной.

Среди этого хаоса Мэй не смогла разглядеть, куда делся Хорваш. Но сокрушаться по этому поводу ей было некогда: на каждого из ее друзей приходилось по шесть хорошо обученных бойцов. Клинок девушки затанцевал в воздухе, соскучившись по хорошей драке.

Уэсли сражался отчаянно, время от времени поглядывая на размахивающую клинком Эйвис, готовый прийти на помощь в любой момент: на лбу девушки проступил пот, но она не показывала признаков усталости, упрямо выводя людей принца из строя. Даналь не стоял на месте, он прокладывал себе путь к еле дышащей принцессе, раскинувшейся сломанной куклой на полу в луже собственной крови.

— Забирай ее и уходи! — крикнула Мэйрилин, заметив, что доктор уже присел на колени рядом с телом Брунис и проверял ее пульс. Ее крик привлек к Даналю внимание нападавших. Тут же часть из них отступила и бросилась к тому месту, где лежала поседевшая за три дня молодая девушка.

Но брюнет действовал быстро: осторожно взяв на руки принцессу, в несколько шагов он пересек гостиную, исчезая в выбитом с ноги окне.

Потасовка продолжалась еще минут двадцать, наконец, Уэсли обезоружил последнего нападавшего в черном. Направив на его шею острие меча, виконт, не обращая на текущую из царапины на скуле струйку крови, спросил:

— Где Хорваш? Куда он направился?

Мужчина в черном что-то пробурчал и с булькающим звуков повалился на пол. Эйвис отодвинула маску с его лица, цвет которого был неестественно синим.