Как только пересекаю шлагбаум, последнее деление мобильной связи пропадает, связи на территории нет. Кладу телефон в карман.

Ощущение неприятные, вокруг мрачно и безлико.

Вспоминаю ориентиры, обращаю внимание на самый дальний металлический ангар. Он старый, значит мне точно туда, судя по описаниям, которые называл Заур. По мере приближения понимаю, что помещение к которому я направляюсь напоминает мне отживший свое сортир.

Запах на территории резкий, удушливый, отдающий псиной и испражнениями. Ощущение что собак здесь много и живут они тут на постоянной основе.

Пока иду рассматриваю территорию, подмечаю детали и все мне кажется странным. Как будто есть наблюдатели, только вокруг никого.

Гоню от себя неприятные ощущения, всматриваясь в территорию некогда процветающего колхоза.

Справа здание из бетона, слева тоже ангар, только огороженный длинным высоким забором. Странно, что на входных воротах висит новая щеколда. Усмехаюсь, неужели есть предприниматели, которые тут что-то хранят.

По мере приближения к ангару обращаю внимание на на некогда асфальтированных и ровных дорожках стекла от разбитых бутылок, повсюду валяются куски кирпича, строительный мусор.

Даже деревянные палки с торчащими в них ржавыми гвоздями остались тут с советских времен.

Обращаю внимания на столбы, в них как ни странно вкручены новые лампочки.

Останавливаюсь в двух шагах от ангара, рассматриваю местность. И все-таки все очень странно: на первый взгляд заброшено, но новая щеколда и светодиодные лампочки в старых фонарях заставляют думать, что это отнюдь не заброшенная территория.

Кто-то все это установил и недавно.

Открываю тяжелую металлическую дверь склада, в ноздри сразу же ударяет запах сырости.

Вокруг темно и единственным источником света являются прожекторы в самой дальней части ангара, они припадочно моргают их свет настолько тусклый, что едва можно рассмотреть что-то издалека, только подойдя ближе.

К счастью, глаза быстро привыкают.

Иду на холодный свет вдоль широкого коридора, всматриваясь в тьму куда тусклое освещение фонарей не пробивается, где тьма смешиваясь с хламом, превращается в уродливые очертания жутких силуэтов.

Мерзкий и липкий холодок течет по нутру. Картина представшая перед моими глазами ужасающая.

Я не вижу Заура, но зато сразу вижу Марата. Мужчина привязанный к стулу изрядно побитый, смотрит в пол и никак не реагирует на мое появление.

И только звук железной цепи где-то вдали и сдавленно хриплый лай заставляет меня посмотреть в темноту ангара. Я ничего не вижу, но ощущаю что где-то в помещении собака рвется с поводка, наверняка вставая на задние лапы, потому что ей перекрывают горло поводком.

— А вот и Алан, — Заур появляется неожиданно, двигается по складу почти бесшумно, если бы не железные цепи поводков, я бы не заметил его.

У него в обеих руках по поводку с которых брызжа слюной рвутся вперед две огромные псины. Страшнее этих морд я еще не видел, хотя повидал немало. Собаки словно зомби со стеклянным взглядом с истеричным лаем и капающей слюной ощущение, что готовятся к нападению.

Наблюдая за тем как Заур крепко держит поводья, привязывая питбулей, в глаза бросаются вздутые вены на его руках, на сбитых костяшках пальцев ссадины.

Затем брат Мариям подходит в Марату, крепко сжимая подбородок, начинает представление:

— Сейчас, Маратик, можешь начать говорить ему правду, не стесняйся, живыми ВЫ отсюда не выйдите, — я не знаю что Заур сделал с Маратом, только я сквозь воздух ощущаю, как человеческий страх последнего перебивает запах сырости данного помещения.

Что тут происходит?

Что значит "вы" отсюда не выйдите?!

— Алан, брат, — он морщится, я вижу как капля пота скользит по его виску, — я должен был украсть не твою сестру, а Алену, влюбился я в нее, надеялся как дурак, — Марат еле ворочает языком, во мне закипает злость, всегда считал Марата другом, да и не был он никогда предателем. После его откровений, теряюсь, — хотел силой своей сделать, Заур заверил что она так девка одноразовая для тебя, — сжимаю кулаки, подхожу ближе, хочу ударить, но Заур толкает меня в плечо, отодвигая от узника. Тут же перехватываю его руку:

— Уйти с дороги, Заур! — сжимаю его кисть сильнее. Во мне столько злости! Получается Алену с моей сестрой перепутали и Марат тупо хотел ее выкрасть и надругаться над матерью моего ребенка?!

Нет, нужно было тогда доходчивее ему объяснять в кафе, когда он пытался ее силой взять, а не спускать на тормозах, давая вторые шансы на осмысление

— Подожди, не так быстро, — чувствую у виска холодное дуло, хочу вытащить защиту свободной рукой, но не могу. Слышу характерный щелчок, отпускаю руку Заура, не двигаюсь, наблюдая как брат Мариям довольно улыбается, продолжая делать новые открытия: