Народ выпивал и отдыхал. Некоторые начали рассаживаться для игры в карты и кости. Как и было оговорено, мы с Вано сели за стол с мелкой знатью и ближними местных ОПГ. Таскать золото было не с руки, и накануне мы получили от Вадлена и компании пояснение: за каждым столом будет представитель владельца дома. Так называемый счетчик. Замена крупье в одном лице и следящий за соблюдением правил в другом. Кого попало на такие должности не брали, их репутацией дорожили. Если счетчик сказал, что ты должен тысячу золотых, значит, так оно и есть. А ежели скажет, что тебе положено десять, то четко расскажет, кто и какие суммы тебе задолжал. Расплачиваться было принято на выходе. Кто-то посылал слуг за деньгами к надежным людям, кто-то заранее привез с собой золото и сгрузил в охраняемые комнаты. Парни насчет проигрыша перестраховались и держали неподалеку специально нанятого банкира. Оплачивали ему бессонную ночь, и тот готов был как принять выигранное и поместить на депозит, так и выдать золото. Какие у него были лимиты, парни не сообщили.

Правила местных карт до боли напоминали нашего «дурака». Только мастей было пять, вместо привычных нам, были свет, тьма, хаос, природа, пустыня, обозначавшиеся геометрическими значками. Также были сами карты с номиналом, начиная с низшей, крысы. Затем шла кошка, затем конь. Затем еще несколько непонятных зверей, которые были по нарастающей. Башня. Принц. Королева. Король. Маг. Избранный и Боги. Путем нехитрых комбинаций в колоде появлялись крысы, лошади, маги и прочие карты по пять мастей каждая. Всего шестьдесят карт. Козыри выбирались ровно как у нас.

Счетчик перемешал колоду. Сдал карты. Игра началась.

Мы играли добросовестно, проигрывать специально не было смысла, в связи с тем, что другие игроки и так разделывали нас. Я проиграл три раза подряд, оставив триста золотых. Вано проиграл дважды и выиграл один раз. Можно сказать, вышел в ноль. Затем мы сменили игровой стол на другую компанию.

В этот раз играли впятером, мы с Вано, Люсиль, одна из Вдов и главарь банды Плащей. Играть было интересно, мы общались, неспешно пили вино и планомерно проигрывали золото.

— Что-то вам сегодня не везет, господа, — сказала Люсиль, забирая очередной выигрыш. — Такими темпами придется расходовать деньги намного более экономно.

— Это точно, может, в кости повезет больше, — деланно разочарованным голосом заявил Вано. — Хотел спросить, неужели в Икрафисе не знают, кто здесь играет, и не против таких тесных контактов знати и… людей, не слишком признающих закон.

— Кому какое дело, если здесь собираются свободные люди? — хмыкнул главарь Плащей, которого звали Освальд. — По мне, власти Икрафиса интересуются только тем, чтобы город оставался в их владении, чернь платила налоги, а другие страны не совали свой нос в дела города.

— Тонко подмечено, — хихикнула Люсиль, принимая вновь разыгранные карты. — Какой смысл мешать поддерживать связи тем, кто держит улицы города в узде. Похоже, что вы раньше не бывали в Икрафисе.

Козырями была пустыня. Люсиль ходила первая и начала игру с двух кошек. Отбивалась от нее Вдова Генна.

— Вы слишком часто проигрываете, даже для гостей города. В конце концов, если ставки золотом надоели, всегда можно поставить нечто большее. — Вдова отбилась Конем и каким-то Змеем мастью выше. — Сто золотых за кон, крохи. Я совсем не боюсь проиграть эти деньги. Может, поднимем ставки? Распалим азарт?

Вано подсунули трех Королев. Он побился двумя Магами и Ищущим. Но в ответ ему накидали еще больше. В итоге он взял. Мой друг сидел уже с таким веером, что впору было обмахиваться им.

— Ну уж нет, — засмеялся Освальд. — Я помню, как в прошлый раз вы обыграли старину Алмоса. Тому пришлось целую неделю гостить у вас и вашей сестры в качестве проигрыша. Не подскажете, чем занимались столько времени наедине?

— Не подскажу, — ответила Генна, подкидывая сразу три башни под меня. — Могу лишь ответить, что Алмос остался весьма доволен нашей компанией.

— Не сомневаюсь, наверное, поэтому он зарекся играть с вами не на золото, — хохотнул главарь, подкидывая мне четвертую. Я снова взял. Мой веер скоро станет больше, чем у Вано. — Вот госпоже Люсиль я бы с удовольствием проиграл неделю своей жизни.

— Хам, — беззлобно заявила Вдова, избавляясь от двух последних карт. — Когда у Плащей будут проблемы в Хрустальном квартале, я погляжу, к кому вы обратитесь. Неделя в моем имении покажется для вас самой светлой надеждой.

Хоть вдова Генна была уже немолода, но ей удалось сохранить некоторую долю былой красоты. Интересно было наблюдать за реакцией Освальда, казалось, он принял слова Вдовы за вполне серьезную угрозу и судорожно думал, как выправить ситуацию.

— Вместо вашего общества, Освальд, я предпочту погостить у госпожи Генны, даже не проигрывая, — заявила Люсиль, подмигивая Вдове. — Мы крепко подумаем, приглашать ли вас.

Они засмеялись. Женская солидарность или что-то большее? По их лицам было сложно сказать. Игра закончилась вничью между Генной и Люсиль.

Нас пытались разговорить, расспрашивая о том, откуда мы и давно ли в городе. Во избежание лишних вопросов мы отвечали весьма односложно, если не недружелюбно. Люди здесь были разных мастей, и играющие с нами списывали нашу неразговорчивость на проигрыши. Некоторые, проиграв пятьсот золотых, рвали бы на себе волосы, не то что не разговаривали.