— Дима, ты где столько мяса достал? Скорее иди, помоги мне его разделать.

— Это не Дима, мы с его работы.

— Ой — из кухни вышла женщина лет пятидесяти в сером платье и клеенчатом переднике, с поднятыми, как у хирурга перед операцией, мокрыми руками.

— Здрасте, а я думала, это Дима. Он столько мяса домой принес… я его пытаюсь разделать, чтобы в морозилку сложить, а тут вы… вы по какому вопросу?

— Да мы его опросить хотели, он недавно человека задержал — шагнул вперед старший группы: — а давайте мы вам с мясом поможем, вы мне фартук только дайте, пожалуйста.

— Ой, спасибо, а то мне тяжело такие куски разрезать.

На кухонной тумбе, поверх разделочной доски лежал большой кусок свиного окорока. Старший одел фартук, взял нож и примерился к куску.

— Простите, а как вас зовут?

— Анна Михайловна.

— Анна Михайловна, а где вы столько такого свежего мяса взяли?

— Я не знаю, это Дима откуда то принес.

Протокол допроса.

Вопрос:

— Анна Михайловна, поясните, откуда взялся в вашей квартире свиной окорок.

— Я не знаю.

— Но вы же первоначально сказали, что его принес Дима.

— Я думала, что его принес Дима. Я пришла домой, а на дверной нашей двери ручке висит сумка, в которой было мясо. Я решила, что это Дима принес, но у него либо ключей не было, либо он опаздывал, поэтому он оставил сумку на ручке двери. Я сумку занесла в квартиру, и стала мясо быстрее разделывать, чтобы в морозилку упаковать.

— Скажите у вас есть дома оружие?

— Нет конечно.

— Чем вы объясните, что в мясе, которое было обнаружено в вашей квартире, имеется огнестрельное ранение, откуда было извлечена пистолетная пуля.

— Я не знаю, у сына на работе есть пистолет, он иногда домой ужинать приходит с ним.

— Но он же дома в свиней не стреляет.

— Я не знаю (плачет).

— Хорошо, давайте вы успокоитесь.

— Я не знаю, откуда взялось это мясо.

— Понятно. Хорошо, мясо пропустим. Сумка, в которой было мясо — ваша?

— Я не знаю, у нас была раньше похожая, но я ее давно не видела. Я потому и решила, что мясо Дима принес, потому что у нас такая сумка была.

— А вот это вы видели раньше?

— Ну такие пульки я у Димы видела, он пару раз пистолет чистил. Вот эту цепочку я не видела, у меня такой не было.

— а конверт вот этот, в котором, патроны и цепочка были, вы раньше дома видели?

— Он тоже в сумке в этой был, в которой мясо лежало.

— То есть, конверт был в сумке, а изъяли его в комнате вашего сына

— Я, когда мясо из сумки вытащила, там этот конверт лежал. Я же думала, что эта сумка Димина, поэтому отнесла конверт в его комнату.

— В конверт заглянули?

— Заглянула.

— И патронам в конверте, и золотой цепочке вы не удивились?

— Мой сын взрослый, это мужские дела.

— Скажите, а у Димы девушка есть.

— Ну, у него есть девушки, но я их не видела, при мне он их домой не приводил.

— А имя Кузнецова Елена вы слышали?

— Нет, не помню.

— Невеста у него есть?

— Ну что вы! Он мне говорил, что еще года три- четыре погуляет, а пока ему рано женится.

Понятно. Здесь и здесь распишитесь, пожалуйста.

Глава тридцать третья. От сумы и от тюрьмы.

Последние сентябрьские деньки не переставали удивлять замечательным бабьим летом. Солнце пригревало по-весеннему, дул легкий, теплый, ветерок, и только золотые березовые листья, ковром лежащие на асфальте напоминая, что зима близко. Вчера я обнаружил в почтовом ящике уведомление от Горводоканала о задолженности в десять рублей, поэтому мы сегодня вышли с Демоном из дома пораньше, планируя перед работой задать вопрос тетенькам из водоочистки, за сколько лет они мне насчитали задолженность.

Через полтора час я вышел из, похожей на муравейник, кассы заведения по учету воды, взбешенный, но добившийся результата. Оказалось, что девушка перепутала, выставив мне счет всего подъезда. Отвязав Демона от металлической трубы, я повернулся и замер — на противоположной стороне дороги, уткнувшись лицом в ладони, бежала, не разбирая пути, высокая девушка с знакомым рыжим хвостиком.

С разбегу уткнувшись в меня и наступив на лапу, обиженно взвизгнувшему, Демону, Настя испуганно выглянула из-за ладошек, чтобы тут же спрятаться обратно: