— Мы никого не убили. — коротко заметил я. — Хотя нет, одного все же пришлось.

— Это вам очень сильно повезло. Он прав, за нападение на офицеров вам придется ответить по всей строгости закона. — сказал, улыбнувшись изувеченными губами, Орлов. — Правила они одни для всех.

— Посадите меня в клетку с подавителями? — чуть не рассмеялся я, заставив генерала нахмуриться. — Ладно, прошу прощения. Не выношу, когда меня пытаются убить.

— Обсудим это позже. — бросил Орлов, вернувшись взглядом к пленникам.

— А вы с ним больше ничего сделать не можете, только убить. — усмехнулся младший из них. — Ни одна тюрьма его не удержит, а любое физическое наказание — бесполезно. Они же оживают. Даже переродиться могут. Их извращенный разум освободит только смерть.

— Что-то пока на психа здесь тянешь только ты сам. — не удержавшись прокомментировал я. — Или у тебя какие-то доказательства есть?

— У всех нас есть. — ответил за пленника генерал, повернувшись ко мне вполоборота. — И твои действия их только подтверждают, сынок.

— Чем дольше у человека «дар», тем больше он меняется. — произнес, глядя на меня, старший из пленников. — Они перестают реагировать на приказы, перестают придерживаться общих правил и законов, начинают считать себя выше других людей. Их… ваши действия — не подчиняются логике и плохо предсказуемы. И если во время большой войны за выживание это еще можно терпеть — то теперь в этом нет никакого смысла. Все одаренные должны быть уничтожены, ради сохранности человеческого общества.

— То есть вы решили нас прикончить чтобы сохранить свою власть? Так что ли? — не до конца веря происходящему переспросил я. — Вы совсем идиоты?

— Нет, Слава, они не идиоты. Они просто совершенно безнравственные и аморальные уроды, которые решили избавиться от вчерашних героев, чтобы самим занять их место. — покачав головой произнес Миша, встав рядом.

— Мы никогда не желали власти, только безопасности для наших семей и родных. — возразил старший из пленников. — Люди должны справится со всем сами, без вашего вмешательства и чуждой силы. Ведь вы — главная угроза! Когда одному из вас взбредет в голову убить все руководство? Что мешает прямо сейчас прикончить весь командный состав и провозгласить себя единственными спасителями и правителями людей?

— Совесть и мозги. — мрачно ответил я. — Кто помешает одному из вас убить остальных? Отравить на вечернем брифинге?

— Верное замечание, хоть и не слишком дальновидное. — заметил генерал, в задумчивости потерев шрам, идущий через всю щеку. — Ни один обычный человек не может удержать власть силой, только умом и хитростью. А на счет вас, есть варианты… но это не повод устраивать переворот, тем более во время боевых действий.

— Мы уже победили. — упрямо сказал молодой офицер. — Если вы считаете бредни того психа реальным предсказанием, почему он не предусмотрел собственного беспамятства и комы? Нельзя доверять такому!

— Борис не видел будущего в деталях, как он сам говорил «словно воспоминание вчерашнего полузабытого сна». И он дорого платил даже за такое прозрение. — возразил я. — Даже так, это лучшее из того, что у нас было. А если бы вы не занимались вредительством, он рассказал бы куда больше.

— Этого мы уже не узнаем. — сказал Орлов, подходя к замигавшему экрану. Несколько нажатий клавиш и перед нами открылась карта со множеством пометок. Некоторые из них оказались обведены, а другие перечеркнуты. — Предсказания вашего друга. Сбылось чуть больше половины. Направив войска на некоторые из ложных — мы потеряли людей. Много хороших парней и девушек сложили свои головы зря. А потому в словах Алексея есть доля правды — теперь люди должны справляться сами. Все четверо будут арестованы. За покушение на офицеров генштаба в военное время.

— Это ошибка. — покачал я головой. — Вы совершаете очень большую ошибку.

— Нет. Это единственный разумный вариант. — коротко ответил генерал. — Этих двоих — в изолятор. Одаренных — в третий корпус.

— Вы издеваетесь? — задергался в путах младший из офицеров. — Нас в камеры, а этих уродов чуть ли не на курорт отправляете? Может вы их вообще простите и отпустите на все четыре стороны.

— Если ты еще не понял, уйти мы могли давно, и никого не спрашивая. — хмыкнул я, телепортировавшись на метр в сторону.

— Убейте их! Убейте, иначе вы признаете все оставшееся человечество людьми второго сорта! — закричал парень, но ему тут же влепили пощечину, а потом заклеили рот. А спустя несколько минут нас с Михаилом вывели следом за пленными. Автоматы вновь пришлось сдать, как и щит. Но артефактное оружие вновь осталось у меня.

Мрачные конвоиры, не сводящие с нас взгляда, провели нас через всю базу и я, наконец, сумел оценить людской быт. Удивительно, с какой скоростью человечество приспосабливается к жуткой окружающей действительности. Ведь еще вчера, ну почти, окружающие меня здания были лишь штабом СВР, со всеми вытекающими. А сейчас…