– Серьезно!? А ты кто? – наконец-то удалось разглядеть мне его лицо. Парень оказался симпатичным, с рыжеватыми вихрами, внимательными карими глазами и намного старше, чем я предположила в первую минуту знакомства.

– Эдуард Кравцов, режиссер, двадцать семь лет, - наклонился и слегка поцеловал он мою руку.

На следующий день я переступила порог небольшого, но весьма популярного столичного театра «Вершина».

– Проходи, Эвелина, - взял меня под руку Эдик. Так сразу он предложил называть себя. – Познакомлю тебя с артистами театра.

В результате я познакомилась не только с артистами, но и гримерами, костюмерами, билетерами, осветителями. Все хотели посмотреть на новую участницу спектакля, премьера которого должна состояться через три дня.

– Три дня!? – не была готова я к такому стремительному взлету своей актерской карьеры.

– Эвелина, не бойся. У тебя будет совсем маленькая роль, но ответственная. Понимаешь, актриса, которую тебе предстоит заменить, уехала вслед за своим молодым человеком в другой город.

– Машка вчера позвонила, соизволила объяснить, почему на репетицию не явилась, - вставила актриса, чье имя я запомнила, Татьяна Буш.

– Я ведь как раз затем в театральный вуз и приходил, - пояснил Эдик, - хотел попросить подыскать мне подходящую студентку определенного типажа. А тут ты на крылечке. Как раз нужный нам образ.

–  Понятно, - ликовала я в душе от такой случайности. – И в чем моя роль заключается?

– Тебе надо каждые десять минут выходить на сцену с репликой: - «Невесту вызывали?».

Что ж, надо с чего-то начинать.

Три дня я репетировала с настоящими артистами. Отнеслись они ко мне вполне доброжелательно. Для них проблема отсутствия неведомой мне Маши из-за своего внезапного отъезда решилась.

Ничего сложного в моих выходах не было. В нужную минуту я появлялась со своей единственной репликой и затем, получив ответ, удалялась со сцены.

В день премьеры я одела сценический наряд. Костюм мне выдали потрясающий. Новенький.

– Для этого спектакля почти всем новые костюмы пошили, - поделилась со мной костюмер Галина Ивановна во время первой примерки, подкалывая в нужных местах булавки. – Маша немного крупнее тебя. Я юбку в талии подошью. А пиджак оставишь расстегнутым, никто не заметит, что он слегка болтается.

На этот костюм я могла любоваться бесконечно. Золотистая длинная пышная юбка, белая блузка с воланами и синий приталенный пиджак. Завершала образ чудесная темно-синяя шляпка с золотистыми перьями.

Гример Таисия Борисовна наложила мне яркий макияж. Я себя не узнавала, так как в обычной жизни использовала косметику пастельных тонов.

– Смотри, какая ты стала!
–  удовлетворенно оглядела меня Таисия. – Прямо роковая женщина.

В переполненном зале раздались аплодисменты. Актеры и рабочие, отвечающие за своевременную подачу реквизита, заняли свои места за кулисами. От некоторых пахло валерьянкой, а кое от кого и чем покрепче.

Занавес поднялся. Спектакль начался. И…со мной что-то случилось. Выйдя в нужную минуту на сцену, я остолбенела. Я таращилась на актеров, а они на меня, ожидая реплики. В зале раздался робкий смешок, кто-то засмеялся посильнее, и вот зал уже хохочет непонятно над чем. Может быть, над моими выпученными от страха глазами?

Положение спас актер Петр Рыбкин, громко выкрикнувший:

– Еще одна невеста приехала! Но невеста у нас уже есть, можете уезжать домой!

И взял меня под руку, слегка подтолкнув за кулисы.

Дальнейшие полтора часа прошли для меня в состоянии беспамятства. Когда по сценарию требовалось, я продолжала появляться на сцене и тупо таращиться на участников спектакля. Зрители, завидев меня, начинали хохотать. Актеры, поняв, что со мной дело плохо, уже не ждали моей реплики, а сразу выкрикивали фразу, предложенную Рыбкиным:

– Еще одна невеста приехала! Но невеста у нас уже есть, можете уезжать домой!

Важно еще было подтолкнуть меня к выходу. В противном случае, я продолжала стоять на месте.

Неожиданностью стало то, что во время поклона меня буквально завалили букетами цветов. А кто-то из зрителей даже вручил плюшевого слона. Видимо, решили, что это я так играла, профессионально.

– Ну, и что это значит?
–  накинулась на меня Татьяна Буш, как только занавес закрылся.

–  Таня, девочка просто впала в ступор. Такое бывает с новичками. Не ругай ее. Хорошо ведь в результате все получилось, - поддержал меня Петр Рыбкин.

– Из-за ее ступора мы чуть не провалили премьеру, - не успокаивалась Буш.