— А если не выдадут? Предлагаете пытать?

— Есть у нас мнение, — сказал Рязанцев, — и мнение достаточно обоснованное, что этот предмет обязан присутствовать во время кровавых ритуалов. Потом останется только обыскать всех участников.

— А вы сможете понять, что это именно тот предмет?

— Да, сможем, у нас есть свои методы.

— Что делаем сейчас?

— Пока ничего, мы будем продолжать слежку, собирать информацию, а накануне очередного ритуала с похищением людей и убийством позвоним вам. С вас в таком случае оперативная группа, которая позволит повязать адептов и зафиксировать преступления.

— А эти адепты, насколько они сильны?

— Очень сильны, поэтому на задержании вам помогут сознательные граждане, каковых вы видите перед собой сейчас. От вас потребуется человек пять, не больше.

— Хорошо, я буду ждать звонка, а попутно попробую кое-что выяснить своими методами. Например, нажму на свидетелей последнего убийства. Сдаётся мне, они могут рассказать много интересного.

— Отличное решение, — похвалил Рязанцев. — Самое верное, что сейчас можно сделать.

На этих словах полицейский поблагодарил нас за кофе, откланялся и вышел за ворота. Спустя минуту мы услышали звук автомобильного двигателя, машина тронулась с места и быстро исчезла из виду.

— Думаете, получится? — спросил я с недоверием, глядя на Рязанцева. — Может, лучше действовать своими силами?

— Увы, силы эти не безграничны, к тому же, не хочется вступать в конфликт с властями. Помните, наша цель — не месть, без артефакта эти люди станут обычными людьми, и даже покушения на убийство будет достаточно, чтобы упрятать их в тюрьму надолго. Если же вас интересует месть, то ради бога. Вы ещё молоды, дождётесь их из мест заключения, а потом убьёте. Нам же следует только забрать артефакт. Тем самым мы спасём очень много людей в будущем.

Я промолчал.

— Мне вот что интересно, — проговорил задумчиво Павел Сергеевич. — Три года, сорок человек, а на деле гораздо больше, бомжей, проституток и гастарбайтеров особо никто не считает. Это ведь…

— Это очень серьёзно, — согласился Рязанцев. — Эти люди уже перешагнули рубеж, за которым становятся сверхлюдьми.

— Но ведь это надо делить на двенадцать, — напомнил я. — Да ещё часть силы они передают своему начальству.

— Это не так работает, — сообщил Рязанцев. — Если бы их было не двенадцать, а, скажем, тридцать, силы они получили бы больше. Выброс силы во время ритуала — это полноводный поток, из которого нужно успеть зачерпнуть. Черпают сообща, большой ложкой. Чем больше людей, тем больше эта ложка. В идеале, им нужны сотни адептов, тогда они получат силу, а вместе с ними её получит патриарх и, что самое страшное, те, кто стоит за ним.

— Как же тогда Максиму удавалось их убивать? — продолжал Павел Сергеевич. — Пуля таких ещё возьмёт, хоть и с трудом, а вот холодное оружие — это несерьёзно.

— А я вам говорила, что с ним что-то не так, — девушка вышла из дома, подошла к столику и плюхнулась в кресло, где только что сидел полицейский. — Дело не в них, а в нём.

Они втроём посмотрели на меня.

— Не могу объяснить, — честно признался я. — Как-то получалось, никакого секрета не знаю.

— А какое оружие вы использовали? — спросил Рязанцев.

— Ножи, кинжалы, стилет, я делал всё сам, ковал металл, затачивал, изготавливал рукоятки. Может быть, в этом всё дело? Они долго не умирали, выдерживали огромную кровопотерю и болевой шок, но в итоге я всё равно побеждал.

— Очень может быть, это оружие, вы его выбрасывали после… исполнения?

— Прятал в укромном месте.

— Очень может быть, что оно нам пригодится в будущем.

— Что теперь делать мне?

— Сейчас советую отправиться домой и просто отдохнуть. Пару дней или чуть больше. Потом с вами свяжутся. Вы нам нужны, так уж получилось, что вы умеете убивать этих тварей, а также, что ещё более важно, очень серьёзно мотивированы. Это ведь ваша жена погибла на алтаре в тот раз?

— Да.

— А пять лет назад точно так же была убита моя единственная дочь, — сообщил Павел Сергеевич. — В наше общество приходят разными путями, но цель обычно одна.

— Отвезёте меня домой? — спросил я.

— Разумеется.

Домой я попал около трёх часов ночи, завалился спать, не раздеваясь, усталость и обилие впечатлений взяли своё, даже наркотик не потребовался. Уже утром, проснувшись к обеду с ясной головой, смог обдумать всё, что произошло со мной вчера.

Я не один. Есть люди, выполняющие ту же функцию — избавлять человечество от зла. Они мне помогут, но в этом случае часть виновных уйдёт от наказания. Их посадят в тюрьму, но, в сравнении с содеянным, это несерьёзно. Да и смогут ли доказать всё? С другой стороны, как мне правильно сказали, никто не мешает убить их позже. Плюс к этому, без артефакта они станут обычными людьми, а значит, начнут стареть и умирать от болезней.

А что со мной? Что дальше? Даже если наша миссия окажется успешной, артефакт отберём, виновных убьём или отправим в тюрьму, а потом? Я ведь не планировал жить дальше. Думал, что исполню все двенадцать приговоров, а потом умру. Или сяду в тюрьму до конца жизни. Теперь же оказалось, что я ещё нужен здесь, в этом мире.