Шрифт:
Забираю смартфон и активирую экран. На глаза тут же попадает уведомление о непрочитанных сообщениях с неизвестного номера. Матвей написал?..
Жму на него пальцем и удивленно вскидываю брови.
«Доброе утречко))) Хорошо спала?.. Мне вот выспаться не удалось…»
От кого это?..
Листаю ниже и чувствую мощный удар в грудь. Такой сильный, что выбивает из легких весь воздух.
На фото счастливая Алла… голая и в постели с моим мужем…
«Матюша был такой голодный, что не давал мне спать всю ночь!»
На следующем снимке она целует спящего Матвея в щеку, при этом прижимаясь к его плечу голой грудью.
Изображение размывается. Из–за слез, что стекая по вискам, теряются в спутавшихся волосах.
«Матвей хочет, чтобы ты сделала аборт, пока не поздно. Сказал мне вчера по–пьянки, говорит, от тебя одни проблемы…»
Увиденное вышвыривает меня из реальности. Повергает в шок. Я даже шевелиться не могу. Ощущение такое, словно пространство вокруг меня сжимается, а я постепенно проваливаюсь в вакуум.
Сомнений нет. Матвей изменил мне. Это не фото из прошлого. Я узнаю и нашу кровать, и наши бежевые в полоску обои, и постельное белье, что вчера утром стелила собственными руками.
Эту ночь они провели вместе. Занимались сексом, пока я в одиночку боролась за жизнь нашего ребенка.
Глава 22.
– Анна! – сильно вздрагиваю, когда меня начинают трясти за плечо.
Действуя заторможено, перевожу взгляд на маму. Я и не заметила, как они с Самойловой вошли в палату.
– Что с ней?! – с тревогой смотрит на меня, обращаясь при этом к Надежде Петровне, – это от лекарств?
– Не должно…
И тут мама замечает зажатый в моей дрожащей ладони телефон.
– Что там?..
Выдергивает одним движением, разворачивает экраном к себе. Быстро листает ленту сообщений и злорадно усмехается.
– Сам все сделал… идиот… зря я только напрягалась…
Я обнимаю живот руками и, устало прикрыв глаза, поворачиваюсь к ним спиной. Не хочу никого видеть. Ни видеть, ни слышать… Ни разговаривать…
– Аня… что–то ты мне не нравишься, – подает голос мамина подруга.
– Уйдите… – сиплю еле слышно.
– Давай давление померим…
– Выйдите!.. – повторяю громче.
Палата пустеет, но через несколько минут Самойлова возвращается, чтобы самолично поставить мне капельницу с успокоительным.
– Ты ребенка–то еще хочешь?.. Или уже все?.. Лечиться будем?!
– Будем.
Не знаю, действуют на меня так седативные препараты, или это шок… Но внутри пустота. Словно своим предательством Матвей выстрелил в грудь, выбыв из нее все чувства. Оставив зияющую дыру…
Мне не хочется плакать. Ругаться, выяснять отношения. Жалеть себя тоже не хочется…
Вообще, ничего не хочется. Просто отключиться, впасть в кому, чтобы ни о чем не думать…
От меня одни проблемы. Он прав, я это чувствовала. Навязалась ему сама, пристала со своей любовью, залетела сразу же… Пусть и невольно, натравила на него свою мать… Кому это надо?!
Да, я сама во всем виновата! Не Матвей и не Алла, а именно я.
Влезла в их пару, увела его у Аллы, перевернула жизнь вверх дном. Повисла на шее камнем со своей беременностью.
Под головой раздается жужжание. Нырнув рукой под подушку, достаю телефон, на экране которого высвечивается «Эля».
Несколько секунд, не мигая смотрю в смартфон, а затем принимаю вызов.
– Аня, – взволнованный голос Матвея совершает удар по моей выдержке.
Слышать его больно. Особенно, если знаешь, что это в последний раз.
– Ты сняла обручальное кольцо… почему?..
Серьезно?! Он хочет предъявить мне претензию?!
– Где ты сегодня ночевал, Матвей? – тихо спрашиваю я.
Он не дурак, должен понять, к чему я веду.
– Дома…
– С кем?..
В трубке воцаряется тишина. Но такая оглушительная, что закладывает уши. Лучше бы он оправдываться начал. Соврал, что был сильно пьян и сам не помнит, как все случилось… Сказал, что все равно любит только меня…
Но он молчит… Молчит, полностью подтверждая свою вину.
– Я сделала аборт. У нас не будет ребенка.
– Повтори, что ты сказала… – шипит Матвей в ухо.
– Я. Сделала. Аборт. – изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал ровно, проговариваю я.