Шрифт:
– Дорогая! – затараторила она. – Какой жуткий дом! Но как я рада тебя видеть! Надеюсь, вы не собираетесь жить здесь?
Это же просто невозможно! Здесь должны водиться тараканы!
Есть, конечно, и подвал, и старинная печь, которая сжирает уйму угля! Ты должна мне все-все рассказать! Но прежде дай я поставлю машину. Она не моя, Джорджа Робертсона, а он так трясется над своей собственностью! Видела бы ты, как он разозлился, когда я налетела на столб и разбила ветровое стекло в его прежней машине! А она и так вся уже разваливалась, ее давно пора было отправить на свалку.
Ничего не изменилось. Пеппи осталась такой же, как будто и не было этих лет. Всегда находился кто-нибудь, кто хотел обеспечивать ее машинами, цветами и прочими пустяками. Только тогда это был какой-нибудь Джоко, а теперь – Джорж. Вот и все. Наверное, добродушный толстый Билл Мейбери поглядывал на все это со снисходительной улыбкой, подумала Кармона и попыталась представить себе, как бы повел себя Джеймс, если бы она вздумала разъезжать в машинах, которыми снабжают ее влюбленные поклонники. Она поежилась, почувствовав вдруг холод. Ну что за глупость… просто сегодня слишком жаркое солнце.
Гараж находился в бывшей конюшне, за домом, рядом с большой и абсолютно заброшенной оранжереей викторианской эпохи. Там уже не было ни пальм, ни вьющихся гелиотропов, ни пеларгоний, ни голубой свинчатки, ни бегоний. Пеппи загнала машину в гараж, каким-то чудом не повредив крыло. Кармона улыбнулась и повела ее в дом. Они поднялись по лестнице и вошли в холл с мозаичным полом.
– Дорогая, но это ужасно! – Даже не пытаясь сдерживаться, воскликнула Пеппи. – Прямо как допотопная гостиница, где останавливались наши бабушки!
– А у нас сейчас здесь и впрямь как в гостинице, – засмеялась Кармона. – Приехали Треверы. Ты помнишь Мейзи и Тома?
– Ну конечно! Он же был твоим опекуном. Такой простачок.
– И Адела Кастлтон…
– Дорогая… это та самая леди Кастлтон? – поморщилась Пеппи. – Уж и не знаю, как я выдержу! Я, кажется, однажды с ней встречалась. Она так на меня смотрела, будто я попала туда по недоразумению! Так нос задирает, куда там! Да ты небось и сама знаешь!
Кармона очень хорошо знала. Леди Кастлтон была из тех, кто недолюбливал молодежь. Кармона поспешно перевела разговор на Эстер Филд.
– Тетя Эстер! Она тоже здесь? Ну, я смотрю, прямо парад родственников!
– Но она единственная настоящая моя родственница. Остальные – опекуны и прочее. А Эстер – сестра отца.
– Помню-помню, она мачеха Элана Филда. А где он сейчас, Кармона?
– Не знаю.
Из холла они перешли в гостиную, которую по традиции называли утренней. Там всегда были сумерки, поскольку окна выходили на север. Мрачность подчеркивали темно-синие плюшевые шторы и украшение над камином, выполненное из черного дерева. Казалось, сюда никогда не заглядывает солнце.
Кармона прикрыла дверь. Ей не хотелось говорить об этом, но остановить Пеппи было невозможно – в этом она не сомневалась – Не знаешь? Но, дорогая! – Глаза Пеппи горели любопытством. – Но тетя Эстер, конечно…
– Никто ничего не знает.
– Ты хочешь сказать, что он просто порвал с тобой и исчез?
– Примерно так.
Кармона подумала и решила, что Пеппи – тот человек, с которым она может поговорить на эту тему. В конце концов, хуже не будет, а некоторые утверждают, что если поделиться с кем-то своей болью, то становится легче.
– Но, Кармона, дорогая! Я слушаю тебя. Ты не можешь оставить меня в неведении. Клянусь, я собиралась приехать сразу, как получила твою телеграмму о том, что все сорвалось. Но ты знаешь Билла, с ним такое бывает – уперся и ни в какую. Он говорил, что это моя блажь, что мое присутствие ничего не изменит, что, скорее всего, тебе хочется побыть одной, что он не собирается выбрасывать сотню фунтов, чтобы я подержала тебя за руку, и так далее. Он был прав, и я решила повиноваться, тем более и выбора-то у меня не было: он иногда так настаивает на своем… Ты уже простила меня, правда?
– Я на тебя не обижалась. , – Но сейчас ты должна мне все рассказать! Из-за чего вы поссорились?
– Кто тебе сказал, что мы ссорились?
– Не ссорились?! – воскликнула Пеппи. – Но, дорогая, разве такое бывает?
«Расскажу все как на духу», – подумала Кармона.
– В день свадьбы он просто не пришел в церковь.
– Ой, какой ужас!
– Да.
– И ты ждала его в церкви?
– Да.
Кармона пожалела, что поддержала этот разговор. Воспоминания оказались ярче и намного болезненнее, нежели она ожидала. В ее сознании всплыла темная, холодная церковь с запахом одиночества и пустоты. Пустоты… Если бы так! У этого позора были свидетели: Том, Мейзи и Эстер… добрейшая Эстер. Все ждали Элана, а он… он просто не пришел. А еще были священник и его помощник: два седых старика, которым было все равно, потому как время их желаний и страданий давно прошло, и они о нем забыли. Кармона смотрела на Пеппи, но не видела ее.