— С днём рождения! — в унисон воскликнули они.

Я нахмурилась и отступила в сторону, пропуская их в дом.

— Я думала, фейри не празднуют дни рождения.

— Мы не празднуем, — сказал Фарис, поставив четыре подарка на стол. — Но мы знаем, насколько важна эта традиция для людей, и мы хотим помочь тебе отпраздновать твой праздник.

У меня защемило сердце.

— Спасибо.

Виолетта поймала мой взгляд и одарила меня в ответ взглядом, говорящим «Ты не тусуешься ними, да?»

Фарис указал на две коробки, обёрнутые в синюю бумагу.

— Это от Фаолина и меня. Две другие от Иана и Керра.

— А это от Лукаса и меня, — сказал Конлан, привлекая моё внимание к большой прямоугольной коробке, которую он нёс. Он подал мне более маленькую коробку. — Это от меня.

— Спасибо, — я быстро поблагодарила его, намеренно стараясь не смотреть на большую коробку, которую он приставил к стене. — Вы не должны были дарить мне что-либо.

— А мы захотели. Не каждый день у нашей лифахан день рождения.

Он обнял меня за плечи, прямо как в ночь нашего знакомства. Только вот на этот раз я не скинула его руку.

— Ты же не начала вечеринку без нас? — из дверного проёма раздался голос папы, напугав меня. — Прости, что опоздал. Чтобы забрать твой подарок, потребовалось больше времени, чем я предполагал.

— Папа, не надо было ничего дарить, — запротестовала я.

Он лишь улыбнулся и отошёл в сторону.

В поле зрения появилась рыжеволосая женщина и улыбнулась мне.

— С днём рождения, Джесси.

ГЛАВА 4

— Мам!

Я бросилась к ней и крепко обняла.

— Тебя отпустили на денёк?

Она похлопала меня по спине.

— Не совсем. Скорее на постоянку.

Я отпрянула и посмотрела на неё.

— Серьёзно? Ты теперь всегда будешь дома?

Мои уши заложило от серии пронзительного свиста. На нас неслась крошечная синяя фигурка. Финч подбежал к нам и, взобравшись по маминому телу, повис у неё на шее. Она накрыла ладонью его спину и улыбнулась, выглядя гораздо счастливее, чем в день своего пробуждения в больнице.

— Добро пожаловать домой, миссис Джей, — из-за моей спины выкрикнула Виолетта. — Хорошо выглядите!

Мама тихо рассмеялась.

— И я рада видеть тебя, Виолетта.

Её взгляд переместился на Фариса и Конлана.

— Я видела вас в больнице, но простите, не помню ваши имена.

Я представила их, и она пожала руку Фарису, а потом Конлану.

— Не знаю, благодарила ли я вас за ту ночь, когда вы спасли жизнь Джесси. Мы будем в вечном долгу перед вами за это.

— Мы рады, что оказались рядом, — робко ответил Фарис.

Конлан потрепал мои волосы.

— Жизнь была бы слишком скучной без Джесси.

Я отступила от него и бросила суровый взгляд в его сторону, а он лишь усмехнулся. Кое-что не меняется.

Мама рассмеялась, расстёгивая своё пальто. Папа помог ей снять его, поскольку Финч до сих пор висел у неё на шее. От вида их троих вместе впервые за несколько месяцев, моё сердце настолько переполнилось эмоциями, что мне показалось, что оно вот-вот вырвется из груди. Наша семья так много всего пережила, начиная с той ужасной ноябрьской ночи, и вот наконец-то мы все были дома. Лучшего подарка и не пожелаешь.

Фарис посмотрел на меня.

— Мы пойдём, оставим вас наслаждаться праздником.

— Пожалуйста, останьтесь, — сказала мама. — Вы не можете уйти, пока не попробуете торт.

Я перевела взгляд с мамы на папу.

— Торт?

— Конечно.

Папа вышел на лестничную площадку и отпер дверь в квартиру Мориса. Он исчез в её глубине, а через минуту вернулся с огромной розовой пекарской коробкой. Вот, хитрец.

— А где Морис? — спросила я, когда он закрыл дверь в нашу квартиру.

Папа поставил торт на кухонную столешницу.

— На работе, он зайдёт к нам вечером.

Пока родители занимались на кухне сервировкой стола, я поспешила пошептаться с Конланом и Фарисом о звонке Бена Стюарта и о том, что я видела по телевизору. Ни один из них не был удивлен моими новостями.

— Мы мониторим больницу и СМИ. Тебе не о чем беспокоиться, — тихим голосом ответил Конлан.

Я бросила взгляд на родителей.

— Я не о себе беспокоюсь.

Мама повернулась к нам, и я заметила, как изменилось её лицо с тех пор, как она последний раз стояла на нашей кухне. Она выглядела уставшей и бледной из-за редкого пребывания на улице. Врачи посчитали, что она достаточно хорошо себя чувствует, чтобы отпустить её домой, но впереди ждали долгие месяцы реабилитации.