Я лишь трачу время с этим мудаком. Каждая секунда, которую я провожу здесь с ним, потраченная впустую секунда, которую следовало бы потратить на поиски Карины. Бросаюсь вперед, борясь с ним, пытаясь схватить его за руку, но в спешке не рассчитываю расстояние, и…

Я падаю.

Черт, я… Ай!

Я сильно ударяюсь о землю и Фитц набрасывается на меня в ту же секунду. Левой рукой сжимает мое горло, правая отведена назад, нож свирепо сверкает в желтом свете фонарика на моем мобильном телефоне, который наполовину зарыт в подстилке из листьев рядом с моей головой. Если он обрушит на меня эту штуку, игра окончена. Если дам ему хотя бы половину шанса, я, черт возьми, мер…

То, что происходит дальше, нереально. В одну минуту Уэсли Фитцпатрик сидит на мне, собираясь вонзить нож прямо в гребаное сердце, а в следующую он отшатывается в сторону и падает на землю…

Какого черта?

Полоса серого.

Пятно черного меха.

Серебристая морда.

Обнаженные белые клыки.

Распутин.

Я издаю ошеломленный, бессловесный крик, слишком удивленный, чтобы сделать что-то еще, когда старый, хромающий волк, рыча, направляется к Фитцу. Учитель английского лежит на спине и шарит в листве в поисках ножа. Он находит его и направляет на Распутина, но волк не отступает. Его шерсть поднялась и встала дыбом, животное издает низкий, угрожающий рык, который наполняет даже меня страхом.

— Чертова дворняга. — Фитц качается вперед, острие его оружия нацелено прямо в грудь Распутина, но в старом хитром волке еще есть жизнь. Он отскакивает в сторону и наносит удар быстрее кобры, вонзая клыки в плечо Фитца.

Не знаю, как долго смог бы оставаться и смотреть на это. Я все еще настолько ошеломлен, что любое движение кажется невозможным, но мне нужно идти. Фитц кричит в агонии, когда волк кусает его, поворачивая голову из стороны в сторону, чтобы получить лучший захват. Его волчьи, красивые желтые глаза встречаются с моими, и между нами не проходит никакого магического молчаливого послания.

Он — голодный волк, а я — счастливый ублюдок.

И я бегу, что есть силы.

ГЛАВА 53

ДЭШ

Бунт-Хаус находится ближе всего.

Бегу по лесу быстрее, чем когда-либо раньше. Я понятия не имею, где Кэрри и остальные. Понятия не имею, кто вообще был с ней. Мерси и, скорее всего, Элоди. Но кто еще? Они могли вернуться в дом или в академию. Или все еще могут быть в этом чертовом лесу, ходить кругами в темноте. Кэрри действительно могла быть мертва, лежать на земле…

«Черт, нет, прекрати это. Это не помогает панике».

Мое тело кричит в агонии к тому времени, когда я добираюсь до дома.

И снова госпожа Удача на моей стороне. Пакс сидит на ступеньках у входной двери и курит. Он совершенно пьян, но сразу же отвечает мне, когда я кричу ему.

— Где они? Они здесь? Кэрри? Кэрри здесь?

— Нет?

— Дай мне свои ключи.

— Что?

— ДАЙ МНЕ СВОИ ЧЕРТОВЫ КЛЮЧИ!

Он подбрасывает их в воздух, и я ловлю, не теряя ни секунды. Ровно через три секунды я сижу за рулем «Чарджера» и мчусь прочь от дома на бешеной скорости. Пакс может отчитать меня позже. На самом деле он, вероятно, выбьет мне пару зубов, учитывая мою безрассудную езду в его гордости и радости, но что с того, черт возьми. Он может выбить их все, мне все равно.

«Пожалуйста, будь в академии. Пожалуйста, будь в порядке. Пожалуйста, будь в академии. Пожалуйста, будь в порядке. Пожалуйста, будь в академии. Пожалуйста, будь в порядке. Пожалуйста, будь в академии. Пожалуйста, будь в порядке. Пожалуйста, будь в академии. Пожалуйста, будь в порядке. Пожалуйста, будь в академии. Пожалуйста, будь в порядке…»

Я цепляюсь за надежду, что найду Рэна и девушку, которую люблю, целыми и невредимыми на вершине горы, стоящими на ступенях, ведущих в Вульф-Холл, и спорящими о чем-то бессмысленном…

Но нахожу их не там. Я замечаю их вдалеке — три фигуры, бегущие по обочине дороги. Один из них опережает двух других, двигаясь неуклюже, но все еще бежит со скоростью ветра.

Двести метров.

Сто пятьдесят.

Сто.

Пятьдесят.

Фары машины наконец-то освещают фигуры, и мое сердце делает тройное сальто назад. Элоди и Мерси поворачиваются лицом к машине, их лица бледны и пусты от того, видимо от шока. Их руки в чем-то красном. А впереди… Рэн, измученный и шатающийся... с Кариной на руках.

— Нет. Нет, черт возьми, нет. — Я жму на тормоза и выбегаю из машины. Через миллисекунду я держу ее в своих объятиях. Ее кожа пепельно-белого цвета, веки закрыты, губы мертвенно-голубого оттенка. Девушка выглядит мертвой.

Я опоздал.

Я, бл*дь, опоздал.

Но затем ее рука слегка дергается, и мой смертный приговор смягчается, по крайней мере, на данный момент. Как бы она ни была слаба, сейчас она все еще жива. И я не позволю ей, черт возьми, умереть. Ни за что. Я кладу Кэрри на заднее сиденье «Чарджера», ненавидя себя за то, что мне приходится ее сажать.