— Вот жлобская морда, я же тебе говорил — не уперся тебе тот броник! — правильно прочитав всю палитру эмоций у меня на лице, заявил Диса. — Говорил ведь?

— Ну…а вдруг никого бы и ничего не встретили… — попытался реабилитироваться я. — Выкинуть, сам говорил, всегда можно…

— Вот теперь и выкидывай! — хмыкнул Диса и поправился: — Хотя нет…нет…

— Что?

— Надо это все забрать.

— Все? — я даже глаза выкатил от удивления.

— Все. Оттащим подальше и сбросим.

— Зачем?

— Пусть эти клоуны, когда вернутся к своим тушкам, побегают, поищут свой хлам.

— И зачем тебе это?

— Так… — улыбнулся Диса, — подгадить маленько. Пусть бабки тратят на новые шмотки.

— Ну…как скажешь.

Мы нагрузились хламом так, что руки отваливались. Дом покинули через дверь на кухне. Прошли мимо пары домиков и сбросили все в третьем дворике, в погреб.

Избавились от всего ненужного хлама кроме той самой арматеховской винтовки.

— Ну и зачем она тебе? — спросил Диса. — Все равно пользоваться не умеешь…

— Может, еще научусь, — я похлопал себя по карману, где лежали чипы.
– А если нет — продам. Думаю, денег она стоит.

— Стоит, — кивнул Диса.

— А чего ты себе не берешь тогда? Или сильно богатый?

— Просто я иду за другим, — ответил бонн. — Вот тебе очередной и крайне ценный совет: если идешь за чем-то конкретным — не отвлекайся на всякий хлам, что по пути попадается, иначе и его потеряешь, и до того, за чем шел не дойдешь.

Я кивнул. Пусть и несколько не согласен с таким положением дел, но все же звучит весьма и весьма разумно.

— Точно так же, — меж тем продолжил Диса, — если идешь за хламом — не пытайся за марами охотиться. Ну и наоборот: получил заказ на мародеров — не грузи себя всяким мусором. А то напылесосишь, набьешь рюкзак, и потом до точки эвакуации добежать не сможешь.

— Понял, — кивнул я, — но винтовку заберу.

— Она ж палевная! Увидит кто, даже из лутеров, могут сдать Бесу. И он тебя ловить начнет.

— Ну и пусть, — уперся я, — не смогу ею пользоваться, тогда продам, и дело с концом.

Диса неодобрительно покачал головой.

— Ладно, не маленький. Есть своя голова на плечах — вот и думай ею. Для этого же она у тебя есть?

— Ага, — кивнул я и добавил, — а еще я в нее ем.

Мы заржали и, наконец, вылезли из погреба, куда и скинули весь хлам.

— Все. Почти пришли, — объявил Диса, — еще квартал, и мы на месте.

Диса не обманул: минут через тридцать мы таки дошли до края жилого квартала. Теперь перед нами во всей красе раскинулась…промзона? Склады? Черт его знает. Однако всюду заборы, здоровенные ангары, корпуса.

— Нам надо на территорию перерабатывающего комплекса, — Диса указал рукой на стену, за которой высилось трехэтажное длинное (метров триста) здание, — но пойдем отсюда.

— Почему отсюда? — полюбопытствовал я.

— Там может быть комитет по торжественной встрече, — пояснил Диса.

— Это кто именно?

— Слепни. Целое кодло. В прошлый раз я так и не смог пройти мимо них. Да и смысла особого не было…

— Почему?

— Потому что мне шуметь предстояло. А как эти слепые уроды на шум реагируют - объяснять, думаю, не нужно.

Я кивнул. Твари эти наводились на любые звуки, которые не могли быть естественными, и слышали они очень и очень неплохо. Плюс держались большой стаей - минимум голов в десять. Собственно, убежать от них было той еще проблемой. Пусть они и не были быстрыми, однако шаги слышали великолепно и могли брести за жертвой черт знает сколько.

Блин. Вот откуда я это знаю?

Что-то мне совсем дурственно стало. Уже откровенно попахивает шизофренией. Я же этих слепней только на картинках видел. Так откуда мне известны прям такие подробности?

Что ж за хрень такая происходит?

И ведь в больничку не пойдешь — денег на лечение у меня нет, от слова совсем. Да и от чего лечиться? От того, что я знаю то, о чем знать не могу? Как такое вообще может быть?

— Двинули, — толкнул меня Диса, выведя из не особенно приятных размышлений.

Мы, не спеша, озираясь, будучи готовы к неприятностям, добрались до забора.

Бр-р-р…некомфортно здесь. И дело вовсе не в сырости, пронизывающем ветре. Мы тут на простреле, торчим, как три тополя на Плющихе — заметить нас не составляет никакого труда.