Митя схватил телефон, потыкал в меню и навел на них глазок видеокамеры.

Зверей было всего два, но впечатление они произвели… удручающее. Храбрые защитники Арса в панике бежали со стен. Попытки командиров прекратить бардак и организовать сопротивление, терпели крах.

Лиза кинулась к телегам с горшками.

А колдун опустился на теплый, нагретый солнцем камень под защитой стены и впал в задумчивость.

– Что происходит? – потребовал ясности историк, - Откуда этот массовый психоз? Эти трохи, конечно, здоровые твари, но на стену им не влезть.

– А им и не понадобиться.

– Не понимаю.

– Это временно, - «утешил» Трей, - вот доползут – и поймешь.

Крутой склон трохов не задержал ни на мгновение. Если они и поняли, что поверхность, по которой они ползут, из горизонтальной превратилась в почти вертикальную, то их это как-то совсем не взволновало. Цепляясь когтями за землю и оставляя на ней глубокие рытвины, черепахи ползли к цели.

– Я всю жизнь думал, что они не поддаются дрессировке, - возбужденно крикнул Митя.

– А они и не поддаются. Кого там обучать, мозгов почти нет.

– Тогда почему они, - Лапин мотнул головой, - так прут? Почему не остановятся травки пощипать.

– Диктат воли. Ментальное управление. Каждым трохом управляет владеющий даром, - спокойно и обстоятельно пояснит Трей.

– То есть… Если его грохнуть?

– Трох остановится. И начнет щипать травку, - Трей невольно улыбнулся, словно представил эту сюрреалистическую картину: боевые машины вражеской армии, мирно пасущиеся под стенами осажденной крепости, - только ты, еще, пойди его грохни. Они же Ведущие. А значит, по определению, в бой не идут – слишком ценны.

– Бронь, - хмыкнул историк, - а управляют они удаленно?

– Что? – не понял колдун, - А! Ну, да. Можно сказать и так.

– Плохо… И все-таки я не понимаю, что в них такого опасного.

– Да, собственно, ничего, - колдун пожал плечами, - кроме того, что их невозможно остановить.

Паника, меж тем, набирала обороты. По узкой улочке носились люди: мужчины и женщины. Одни кричали и требовали его милость барона, другие пытались увязать в узлы и вытащить полдома, не слишком задумываясь, куда. Четкой, слаженной рысью по улице пробежал десяток из Красного отряда. Парни бежали с обнаженными мечами в руках, видимо, у кого-то сдали нервы и в городе вспыхнули беспорядки. Послышался грохот – что-то ломали… Или, наоборот, пытались на скорую руку починить? Потянуло горьковатым невкусным дымом.

– Но это же полный бред! – возмутился Лапин, - ведь что-то можно сделать?

– А я уже все сделал, - колдун посмотрел на него сощуренными глазами и неожиданно по-мальчишески улыбнулся, - Все, что обязательно нужно было сделать. Я признался Лизе в любви. Правда, она меня не поняла… но сейчас это и к лучшему.

Митя шумно сглотнул.

– Пацаны… Это что? Они думают в стене нору прорыть?

Ответом ему стала ощутимо вздрогнувшая земля. Установленная на стене баллиста покачнулась, но устояла, а вот горшки раскатились. Историк сбледнул с лица и кинулся собирать, тихо матерясь. А колдун не шевельнулся, даже когда к ногам подкатился снаряд с горючей смесью, способный поленницу разнести в щепки. Он сидел, привалившись спиной к зубцу, и смотрел на город, в котором все меньше и меньше оставалось того, что он так любил – свободы и человечности.

– Они не думают, - тихо бросил он, - они пророют.

Стена вдруг словно вздрогнула. Послышался неприятный звук. Трей вскинулся.

– Тварь Неназываемая! Похоже, рушится галерея.

Крохи подползли к крепостной стене и принялись своими лапами с огромными когтями просто… рыть нору. И у них получалось! Каменная кладка поддавалась. Сначала маленькие камешки, а потом и валуны покрупнее полетели в стороны, следом за комьями земли.

– Сколько же сил у этих тварей? – потрясенно спросил Лапин.

– Где Лиза? – очнулся от меланхолии колдун.

– Внизу.

– Тварь! – выругался Трей, шагнул, было, к лестнице, но тут стену тряхнуло еще раз, и здоровая, надежная лестница из столетней ели обрушилась вниз, сложившись в большую неаккуратную поленницу.

– За мной, - бросил колдун и ринулся к башне. Историк и Митя поспешили за ним.

Стену трясло, как во время землетрясения. Пару раз Митя падал, но успевал сгруппироваться, и обошелся без серьезных травм. Возле башни трясло меньше.

– Уверен? – задыхаясь от поднятой пыли, спросил Лапин, - если мы сейчас туда – а она на нас?

– Если начнет рушиться, я ее придержу, - Трей сплюнул, - левитировать, уж, извините, не буду. Вас двоих тащить – весь запас уйдет, а он может понадобиться. Если кого-нибудь откапывать…

– Гляди, чтобы нас откапывать не пришлось, - мрачно предрек Лапин и первым шагнул в темноту.

Степан сидел у стены, привалившись к ней спиной и шумно, тяжело дышал. Рядом привалился один из ребят, тех самых, с которыми он так и не успел познакомиться накануне. Парень зло смотрел на сломанную руку, спешно, но аккуратно примотанную к лубку.