— Вход в системное подземелье. Поля падения. Время пребывания в системном подземелье: 10 дней 20 часов. Основное существование первичного подземелья 6 дней 15 часов 22 минуты. Минута системного подземелья равняется одной секунде времени основного подземелья. Начинается процесс постановки заданий.

Я, кряхтя от жёсткого переноса, встал, покачиваясь на ногах, и посмотрел перед собой.

Багряное небо застилали тёмно бордовые облака, а передо мной предстала разрушенная старинная деревня, которая некогда была возведена из огромных камней разной формы и породы, за которой просматривался огромных холм. Смотря вдаль, я видел, что он словно был утыкан, как мне казалось издали палками и жердями.

— Технические задания поставлены. За отведённое время убить 20 неприкаянных знаменосцев, либо убить падшего полководца. Полученный прогресс на время выхода до завершения задания не сгорает, но карта подземелья будет считаться использованной. Награда начисляется только после выполнения задания. Выход из подземелья возможен только на территории красных кристаллов. Слово ключ для возвращения из системного подземелья «Возврат».

Отведя взгляд от системного табло, я сплюнул, после чего закрыв глаза на секунду, постарался переварить полученную информацию.

Теперь всё было по-другому. Начиная с моего состояния после переноса, и открытой местности. Заканчивая странными условиями выполнения заданий. Если раньше писалось, убейте босса подземелья, то теперь надо убить падшего полководца. Хотя может это и есть босс данжа.

Время тут текло также как и в прошлом подземелье, так что мне можно было не спешить. Ведь времени у меня было вагон.

Призвав кинжал дракона, я вытащил из хранилища всех своих марионеток, отдав при этом рюкзак Кобольду.

— Интересно, какой уровень у этой местности? — Протянул я, смотря на некогда большую застроенную территорию.

Так начался мой рейд в неизвестном подземелье, которое могло сойти за обычную земную местность, просто в красных тонах.

Идя между разрушенными домами, на которых чётко просматривались следы пожарища, который как я понял при более внимательном изучении камней, был настолько сильным и неистовым, что многие камни оплавились под его напором.

Зайдя за очередные полутораметровые развалины, я услышал лязг металла, который заставил меня остановиться и до придела напрячь восприятие. Но я не чего не чувствовал, словно по близости никого не было.

Меж тем звук от лязга металла усилился, а через пару мгновений из-за дальнего разваленного дома который завершал некогда улицу, медленно вышел, словно сгорбившись, двухметровый воин в серебряных латах.

Его броня отражалась красным, а в одной из рук он держал средней длинны рыцарское копьё, острый конец которого смотрел в землю.

— Что за чёрт? — Смотрел я во все глаза на воина, из спины которого торчали костяные обрубки, словно от крыльев.

Издавая лязг доспехов, воин внезапно остановился и повернул на нас конусный шлем бацинет, в глазных прорезях которого вспыхнули две красные точки глаз.

Немые гляделки продлились пару вздохов, после чего я отчётливо услышал скрип рыцарской перчатки, которая сжала древко укороченного копья, а воин, который словно отошёл от сна, словно молния сорвался с места.

Марионетки среагировали в доли секунды.

Маг, выступавший в роли залпового огня, тотчас выпустил в воина в серебряной броне несколько огненных шаров, которые с огромной скоростью понеслись навстречу врагу.

Латник, который рванул к нам, ловко, словно его не стеснял вес доспехов, и их стеснения движений, лихо на полном ходу уворачивался от дальних атак, несясь на полной скорости вперёд.

Не сбавляя темпа, наш враг, очутившись у заслона из воина и Барона, с ходу нанёс колющий удар копьём в щит.

Сила удара была такова, что Барон отлетел на метр назад, но устоял на ногах, сохранив боевую стойку, оставляя впереди себя мечника.

Латник с непревзойдённым проворством после удара в щит, крутанулся и латной перчаткой отбив меч воина, насадил его на копьё, которое проткнуло марионетку на вылет.

Мимо меня пролетели огненные снаряды, которые выпустил маг, а враг, словно щитом закрылся воином, который даже не мог восстановиться, будучи проткнутым оружием врага. Получив огненные удары в спину, моя марионетка вспыхнула как факел.

Латник же ударом ноги снял воина со своего оружия, и легко отразил атаку Эфеса, который оказался у него за спиной, откидывая его назад к концу улицы.

Барон, вспыхнув алым светом издав рёв, рванул в бой, желая ударить щитом соперника, но враг, извернувшись практически как акробат, ушёл с линии удара и снизу вверх нанёс в бок колющий удар копьём.

Бок Барона в одночасье был разорван в клочья — не спасла даже броня. Однако меч моей «А» ранговой марионетки на манер кувалды обрушился на плечо врага, проминая его доспехи.