Как только выруливаем на проспект, Семен прибавляет газа, и мы начинаем нестись по прямой. Но едва успеваем разогнаться, как впереди загорается красный и Семен резко тормозит.

К горлу подкатывает тошнота.

— Черт, не успел проскочить, — ругается Семен.

— Мы же не торопимся, можно ехать чуть медленнее, — говорю ему.

— Только не говори, что ты из тех, кого не заводит скорость.

— Не тогда, когда светофоры на каждом шагу. Смысл разгоняться, если знаешь, что через пару минут тебе придется останавливаться?

— Чтобы я дал себя обогнать вшивому Запорожцу?

И Семен снова срывается с места, хотя никаких Запорожцев в округе и в помине нет. Одни только иномарки.

— Да ладно, не дрейфь, Полька. Просто хочу проучить этих нахалов. Понакупили Мерсов и думают теперь, что самые крутые.

Снова разгоняется, обгоняя кого-то, и снова бьет по тормозам на очередном светофоре.

Езда с ним утомляет меня настолько, что, когда я вываливаюсь у нашей общаги, чувствую себя полуживым выжатым лимоном. Не помогает даже свежий воздух, который начинаю усиленно вдыхать и который кажется просто райским, по сравнению с прокуренным воздухом салона.

— Ну, как я тебя довез? Баллы засчитываются? — нагло спрашивает Семен.

— Да, — киваю, — спасибо.

У меня нет сил с ним спорить.

— А теперь поцелуй на прощание.

— Извини, но меня тошнит. Еще не привыкла к твоей манере вождения.

— Ничего, привыкнешь.

Во двор въезжает джип Андрея.

— Хотя, поцелуй, так поцелуй. Но только если не будешь распускать руки.

— Окей.

И он даже прячет руки за спину. Мы будто играем в игру, и Семен всем видом показывает, что готов соблюдать правила.

Подхожу ближе, осторожно кладу ладони на массивные плечи и тянусь к его полным и, не слишком привлекательным для меня, губам. Я на полном серьезе собираюсь поцеловать парня, но в последний момент неосознанно соскальзываю на щеку. Не могу в губы, не получается.

А потом сразу же отстраняюсь.

С облегчением вижу, что Семен рад и этому.

— Не буду требовать с тебя многого, раз ты у нас… — и он многозначительно подмигивает.

— Все, пока, — произношу, разворачиваюсь и чуть ли не бегом несусь к подъезду.

Весь вечер слушаю Лесины стенания по поводу того, какая вредная клиентка заселилась в ее отель, и гадаю, достаточно ли того, что видел Андрей, чтобы снять слежку.

— Полин, ты только подумай. Эта девица сама же разлила сок, сама, прямо при всех. И тут же заявила, что это я. Знаешь, еще так нагло, обидно. Но делать нечего, пришлось прямо перед ее носом и носом парня, который с ней стоял, ползать с тряпкой и все вытирать.

— Ужас.

— Да, не говори.

— Слушай, Лесь, а у вас там можно устроиться?

— Ой, не знаю, но могу узнать. Вообще-то текучка большая. Еще бы, с таким отношением клиентов к персоналу. Отель-то третьесортный, даром что четыре звезды, так что клиенты самые вредные. И знаешь, Поль, что я заметила? Чем дешевле номер снимают, тем отвратительнее себя ведут, к каждой мелочи придираются.

— А богатые не так?

— Нет. Эти отвалили побольше и пошли себе по своим делам. Ни одного слова упрека. У них мысли помасштабнее, чем какие-то мелкие разборки. Но это не про наш отель. Так узнавать для тебя?

— Узнай, пожалуйста. На всякий случай.

— Хорошо, а… что-то случилось, Полин? На работе? У тебя ж вроде хорошая.

— Да так. Намечается конфликт с персоналом. На всякий случай нужно что-то думать.

— Как я тебя понимаю. Я узнаю. Но имей в виду, что у нас тоже работа не сахар.

Мы обе не в настроении. Закрываемся на задвижку, чтобы никто к нам не ломился и рано ложимся спать.

Следующий день проходит более или менее спокойно. В универе я снова в центре внимания. Аля подруги все также достают с вечеринкой и вопросом, приедет ли на нее Матвей, а я привычно отвечаю, что пока не знаю.

Приходит сообщение от Семена, хотя мы не обменивались номерами, в котором он пишет, что соскучился.

«На работе завтра увидимся», — пишу ответ, а сама лезу в интернет в поисках объявлений на подработку, если Лесин вариант не пройдет.

Андрея не видно и не слышно.

Впрочем, как я поняла, он появляется только тогда, когда есть шанс пересечься с Семеном.

Следующий день повторяет предыдущий словно под копирку, за исключением того, что Семен уже не столь сильно удовлетворен всего лишь поцелуем в щеку. А еще через один день я понимаю, что Андрей больше за мной не наблюдает.