Я закусила губу.

После «ритуала» в подземелье, когда Он открылся разумом, между нами что-то произошло. Каким-то мистическим образом я начала улавливать отголоски мужских мыслей и чувств. Понятия не имею, открылся воин сейчас намеренно или то было следствие некой магической химии, давно опутавшей наши сознания, но идя рядом с ним, я ясно прочла сильные усталость и истощение, связанные с долгим отсутствием должного пропитания. Мужчина был на пределе физических сил и взваливать на него еще и ношу в виде себя, стало по-настоящему совестно.

— Больше никаких мыслей, — клятвенно заверила хмурого дракона.

Его лицо не изменилось, играя все тем же неверием.

— Честно, Орион, — искренне улыбнулась я.

Губы напротив, наконец, тронула теплая улыбка:

— Серьёзно?

Несколько секунд мужчина не шевелился, глядя с затаенной грустью в мерцающих золотом глазах. И когда я кивнула и подумала отвернуться (а то сама не замечу, как поддамся чарующему блеску и прильну к жаркой груди, как беззастенчиво делала во снах), внезапно склонился и согрел мою щеку мягкими губами.

— Мое имя Рейден.

* * *

Прижав Еву к боку, ощутил острую потребность защитить девушку. Опять она думает о Том, Другом, вместо того, чтобы глядеть строго под ноги.

Зверь внутри угрожающе ворочался, требуя… нет, буквально приказывая обнять избранную и запечатать губы жадным поцелуем. Притупленная темным ритуалом драконья энергия бесилась, отдаваясь по телу бегом лазурных чешуек. В горле катался рык.

Скрипнул зубами и, делая успокоительный вдох, сдержал опьяненное ответными девичьими прикосновениями тело в узде. Чудом взял себя в руки и, запрещая любые необдуманные порывы, подавил звериную ипостась. Грудина отозвалась ноющей болью. Но надо терпеть.

К счастью, дезориентированная и рассеянная девушка совершенно не восприняла бьющих из его молодого и крепкого тела магических излучений. Только изредка передергивала плечами, продолжая испуганно рассматривать чернеющий в земле провал и мысленно поражаться зоркости проводника, спасшего ее, как минимум от перелома одной из конечностей.

Переборов наваждение специальной практикой, привитой за годы службы в Ордене Меча и Пламени, увел подопечную подальше от опасности и пожурил за невнимательность.

Вздохнув, Ева пообещала:

— Больше никаких мыслей. Честно, Орион.

— Серьезно? — Непринужденной улыбкой скрыл текшее по венам отчаяние.

Девушка мгновенье колебалась и, наконец, сняла с разума блок, больше не пряча чувств и не строя ментальных заслонов. Вертикальные зрачки дракона-вампира удовлетворенно завибрировали.

Мало кто мог похвастать знанием об истинном имени ловца душ. Тот мог быть знаком с первым много лет, их могли связывать дружба (а если то была женщина — постель), но никогда, ни при каких обстоятельствах императорский беллатор не раскрывал данного при рождении имени. Сей чести удостаивались лишь братья по Ордену, Император и возлюбленная-эделлан. Ева стала ему больше всех них вместе взятых.

Нежно коснулся девичьей щеки губами и сообщил свое имя, сразу же улавливая плеснувшее удивление.

Ева отодвинулась с широко раскрытыми глазами. Секунду смотрела, осознавая информацию, и задала закономерный вопрос:

— Орион — это…?

— Прозвище, — неторопливо пропустил сквозь пальцы ЕЕ локоны и одним движением убрал за ухо. — Если интересно, расскажу. Но позже.

— Хотелось бы, — отвела она взгляд.

Прислушался к глухим раскатам со стороны гор, и по высокой влажности воздуха определил, что ливень неизбежен. Притянул притихшую Еву к себе и тут… обостренное обоняние вампира выхватило на поляне «чужое присутствие».

Концентрированный чувственный аромат сочился от ее… запястья, скрытого матерчатой перчаткой без пальцев.

Захваченный безопасностью подопечной — поначалу не придал знаку особого значения, но сейчас отчетливо уловил в нем власть другого дракона. Нотки чужого запаха были и на самой Еве, одежде, волосах, витали в окружающем пространстве.

В глазах вампира полыхнула Тьма…

Замер, потом прищурился. Развернул Евину руку и, еще раз втянул ноздрями чужеродный душок, показавшийся смутно знакомым…

— Что там? — Спустя секунду уточнил мужчина.

— Ничего особенного, — тихо ответила девушка. Мягко высвободила кисть (удерживать не стал, хочет отойти — пожалуйста) и, спрятав руку за спину, дернула плечом: — Обожглась на кухне.

Внутренне Рейден напрягся, но внешне остался невозмутим. Открываться она не хочет, а вторгаться в воспоминания против воли он счел крайне неблагородным деянием. Лучшее, что можно сделать в данный момент — оставить ее в покое.

— Верю.

На лице Евы мелькнула эмоция облегчения и первоначальное подозрение, что с отметиной на запястье не всё чисто — подтвердилась. Пусть кто-то умышленно «перебил» (или правильнее сказать, скрыл) чужой аромат, применив сильный магический артефакт, нюх вампира не обмануть — девушка была отмечена другим драконом.