Что-то в его облике было отталкивающим. Может, цвет кожи — пепельно серый, неестественная худоба, или возможно, исходивший от него сырой холодок, будто минуту назад он рылся в мокрой земле.

— Я на собеседование.

— Вам назначено?

Нет, просто мимо проходила.

— Да, — меж тем улыбнулась мужчине, сдерживая порыв высказаться о его манерах. Мог и впустить, а не держать на улице в такой снегопад.

Тем не менее, впускать он не торопился, оглядывая с ног до головы, будто в первый раз видел женщину.

— Кто там, Савелий? — Долетело из глубины темного коридора. Судя по голосу и твердым шагам, к порогу приближался мужчина.

— Миледи говорит ей назначено, — мрачно ответил Савелий, не изменившись в лице.

Вылитый упырь. Разве что клыков не хватает.

За его правым плечом мелькнула светлая голова.

— Все верно, впусти.

«Упырь» посторонился, давая дорогу.

— Борис, — представился второй, как только закрылась входная дверь. — Проходите сюда, — он свернул в комнату и указал на стоящий посередине стул, освещенный направленным светом висящей на потолке лампы. — Садитесь.

Ослабив шарф и стряхнув с волос воду, я подошла к стулу, щурясь от ослепительно яркого света. В голове мелькнула забавная мысль, будто пришла не на собеседование, а на допрос в полицейский участок.

Борис взял второй стул и сел напротив, но так чтобы большей частью оставаться в тени. Все что видела — торчащие из сумрака колени с лежащими на них руками и носки дорогих лаковых ботинок.

— Приступим.

Он достал из кармана блокнот и пролистал:

— Назовите имя.

— Ева Макарская… — выдала фамилию мужа по привычке и, поспешно прикусывая язык, поправилась, — …Силина.

Собеседник приподнял голову, посмотрев на кольцо, блестевшее на безымянном пальце. Чувствовала, что смотрел именно на него. Хоть сама почти ничего не видела; только темноту и очень светлые волосы. Настолько светлые, что они заметно выделялись в окружающей его полумгле.

Сняв кольцо и бросив в сумку, я улыбнулась. Доволен?

— Сколько вам лет?

— Двадцать шесть.

— Вы чисты?

— Что? — Спрашивает, были ли у меня мужчины?

— Да. Вы девственница?

Внутри колыхнулась злость — ему что за дело? Ни для кого не секрет, что работодателей хлебом не корми, дай сунуть нос в чужие дела, потому они постоянно интересуются второй половинкой, семьей и планами о детях, но чтоб так прямо, о таком сокровенном.

— Нет, — заставила себя остаться спокойной.

— Тогда следующий вопрос…

Напряглась, заранее не ожидая ничего хорошего.

— Сколько мужчин у вас было?

Собеседник все больше выводил из себя, но ответить резко значило — на корню загубить толком не начавшееся собеседование, что в мои нынешние планы никак не входило. Закинув ногу на ногу и чудом сохранив невозмутимый вид, я полюбопытствовала:

— Как эта информация способна повлиять на выполнение будущих обязанностей? Если не ошибаюсь, в объявлении указана вакансия горничной в загородном отеле…

— Поместье, — поправил Борис. — Поверьте, я интересуюсь не из праздного любопытства, а по причинам, которые пока раскрыть не могу. В случае вашего утверждения, вам будут выданы подробные инструкции.

— Один, — процедила сквозь зубы. — Бывший муж.

Удовлетворенно кивнув, Борис посмотрел в свой блокнот. Я медленно закипела от злости — как это понимать? Была бы девственницей, отказали?

— Расскажите о предыдущем опыте работы.

Услышав что-то более — менее вразумительное, я с большим энтузиазмом поведала о деятельности помощницы руководителя в небольшой фирме. Опыт не большой, но все же; в замужестве не работала — Олег запрещал. Даже универ закончить не дал — вынудил бросить после третьего курса, настаивая, что способен обеспечить свою женщину всем необходимым.

В итоге оставшись на улице без денег и нормального образования, все на что я могу рассчитывать в сложившейся ситуации — работа горничной в загородном отеле.

— Поместье, — снова поправил Борис, — я бы даже называл его замок, но уверен вам не существенно.

— Не существенно, — повторила на автомате, углубившись в размышления о безрадостном будущем.

В течение следующих минут наниматель задавал уточняющие вопросы о приобретенных навыках, состоянии здоровья и близких родственниках. Особенно интересовался, будет ли кто искать в случае отъезда на очень длительное время в отель… поместье… замок — как там правильно уже начала сомневаться.

Рассказывать о сложностях не собиралась и просто заверила, скорей всего — нет. По тому, как одновременно мужчина притопнул пятками, мне подумалось, ответ его очень устроил.

— Вы нам подходите. — Через минуту слохпнувшийся блокнот исчез во внутреннем кармане мужского пиджака, и на его месте появился скрученный свиток на железных спицах, который он быстро протянул мне. — Договор, Ева. Ознакомьтесь с условиями.

Я бегло пробежалась глазами по мелкому тексту, начертанному поперек длины растянутыми буквами, смахивавшими на арабскую вязь, что включал около сорока пунктов. Читала с трудом. Слишком уж непривычен был текст, словно выписанный кистью пьяного художника. Первая половина оказалась обыденной и повествовала об обязанностях, возлагавшихся на работника, соглашавшегося подписать договор, но начиная пункта с двадцатого…