Закончив с приготовлениями, чародей повернулся ко мне и попросил подойти.

– Сегодня будем проверять, насколько хорошо тебе отзывается вода, – наконец проговорил он.

– И что я должна делать? – сейчас я задала, наверное, самый глупый вопрос в своей жизни.

– Подчини её, – кивнул в сторону чаши преподаватель и отошёл в сторону, позволяя мне приблизиться к парте.

Набрав как можно больше воздуха в лёгкие, я протянула руку над сосудом и сосредоточилась на той силе, которая была заключена в моей искре. Энергия гуляла по телу, но не могла найти выхода. Шли минуты, я уже злилась на себя, а вода ни в какую не хотела начинать движение.

Мужчина оказался у меня за спиной и положил руку между лопаток:

– Вспомни те чувства, которые ты испытывала в моей комнате.

Кажется, я покраснела.

А чародей тем временем продолжал меня наставлять:

– Вспомни это чувство и вызови именно эту стихию. Не проси, не унижайся. Подчини. Воздух благосклонен, вода коварна, огонь зол, земля миролюбива, свет спокоен, тьма спонтанна. Запомни это.

Я закусила губу, стараясь приказать своей искре. Это было сложнее, чем я ожидала. Первым делом необходимо было мысленно разделить две объединённые стихии, выбрать из них одну и заставить её подчиниться.

По лбу катился пот, от концентрации болела голова, а ладонь мужчины на моих лопатках, казалось, обжигала.

«Давай!», – мысленно вопила я, пытаясь заставить воду в чаше пойти волнами.

– Прими её как часть себя, – тем временем говорил Саган. – Ты должна чувствовать свою силу, как руку или ногу.

Я понимала, что ему непросто обучать меня. Будь у него вместо пламени вода, тогда все было бы в разы проще, но, увы, мне в помощники и мастера достался маг с другим идеальным сочетанием.

– Ну же, Шерил, ты ведь просто так не сдашься!

Он был прав. Если бы потребовалась, я бы осталась тут и на ночь, но стихию подчинила. Но я не могла себе позволить подобной выходки.

Сцепив зубы, влила ещё больше энергии. Направлять её в заклинание было проще, чем во взаимодействие со стихией. Но Саган пока не говорил ничего о стихийной магии, да и не факт, что знал что-то, что могло заставить воду пробудиться саму.

Доверившись чародею, я возродила в памяти те чувства, которые испытывала, пока шла к нему ночью в комнату. Я вновь ощущала злость и непонимание. Вновь хотела понять, почему вода отозвалась в ту ночь, услышать ответы на свои вопросы.

Ладонь похолодела от перенапряжения, а в следующее мгновение небольшая волна поднялась в центре чаши, лениво двинулась в сторону борта и медленно разбилась об него, орошая парту каплями.

– Хорошо, – похвалил меня мужчина, убирая руку и делая шаг назад.

А я чувствовала, как подкашиваются ноги, как прерывается дыхание и то как кружится голова. Повернувшись к мастеру лицом, оперлась спиной об парту:

– Получилось.

– Какими усилиями, – покачал головой чародей. – Ничего, мы с тобой сегодня до самого вечера тут пробудем.

Я подавила зарождающийся стон. До вечера? Сейчас ведь только обед! И пусть у меня больше нет сегодня занятий, ведь мастер Гимли покинула Академию на несколько дней по своим делам, а заменить её на занятиях по мифической зоологии было некому, но это не повод так измываться.

Стоп! Не время ныть и раскисать! Мне необходимо приручить вторую искру, и чем быстрее я это сделаю, тем раньше мы с Саганом освободимся. Ему ведь тоже тут из-за меня находиться приходится.

– Вот, выпей, – он передал мне небольшой пузырёк с фиолетовым эликсиром.

Я знала, что это. Такое же снадобье мне давала мастер Гимли на экзамене после того, как я открыла вторую ступень заклинания «герминат». Этими мыслями я и поделилась с преподавателем.

– Да, я это уже слышал, – усмехнулся колдун. – Академия несколько дней назад подала документы на патент в Палату Магии. Тебя, скорее всего, перед практикой вызовут для демонстрации и пояснения. Так что будь готова.

– А без этого никак не обойтись? – вздрогнула я, все ещё сжимая закупоренный пузырёк в руках, а перед глазами стояли звероподобные Хранители Магии, которых я боялась до дрожи в коленях.

– Если не хочешь, чтобы кому-то присвоили твои заслуги, то нет, – пожал плечами мастер. – К тому же тебе будут идти начисления за то, что другие чародеи пользуются твоим открытием.

Я поперхнулась зельем:

– Какие начисления?

Саган так тяжело вздохнул, будто сейчас ему предстояло объяснить несмышлёному ребёнку, почему искра огня отвечает за пламя.

– Маги, открывшие новые заклинания или их вариации и запатентовавшие это в Палате, получают денежные переводы от чародеев, которые решат этим колдовством пользоваться, – пояснил мне Саган.