— Поехали, — забравшись в «шевроле», приказал Томпсон и машина, плавно тронувшись, выехала за услужливо открытые ворота.

Сайгон поражал сочетанием интенсивного чисто восточного дорожного движения из старых, преимущественно французских, автомобилей, рикш, велосипедистов, прохожих в национальных одеждах, с рекламами самых современных радио и телевизоров, преимущественно американских фирм, авиакомпаний и девушек в модных нарядах, которые были бы вполне уместны на парижских бульварах и нью-йоркских авеню. Фасады домов чисто европейской архитектуры отличались не меньшим разнообразием, от блестящих, словно только что отремонтированных, до обшарпанных как в Гарлеме.

Автомобили, пропихиваясь сквозь царящий на улицах хаос, к удивлению Тома, довольно быстро доставили их до внушительного здания колониального стиля.

— Хотель «Континенталь», сэ-э, — на скверном английском объявил шофер, полуобернувшись и тут же ловко выскочил из машины, открыв дверь Тому. Несколько минут суеты у машин, затем стоящий у стойки метрдотель отправил их с сопровождающими по номерам, оказавшимся на одном, втором этаже.

Через час, разобравшись с вещами и приняв душ, которым, к удивлению приезжих, были оборудованы все номера, все они собрались в номере Томпсона.

— Итак, леди и джентльмены, — Том осмотрел сидящих. Группа подобралась интересная.

Вот справа на самом крайнем стуле сидит единственная в группе агентесса. Элизабет Мортон, она же — Лиззи, настоящая фамилия Чикконе. Англо-канадо-итальянка с примесью индейской крови. Красавица, спортсменка… и никто не знает, кроме читавших ее полное досье, что она в свое время бежала из дома и несколько месяцев провела в банде. Два доказанных убийства, попадание в полицию, после чего девочкой с правильной речью заинтересовался местный фэбээровец, подрабатывавший вербовкой потенциальных агентов для АНБ. Реабилитационный центр, школа «призраков»… и теперь миледи Винтер может удавиться от зависти.

Рядом с ней — Джон Мортон, «муж». Полевой агент Джон Донован. Прошел Корею, потом Иран, Куба, Гондурас, Никарагуа. Признан одним из наиболее подготовленных охранников для собирающих информацию в сложных условиях агентов. Внешне — ничего особенно, типичный бизнесмен с Востока США.

Стивен Джобс сидит за ним вместе со своими напарниками — Гарольдом «Ге» Керро и Теодором «Тео» Пайлом, двойкой ярко выраженных выпускников «Лиги плюща», самых престижных учебных заведений Америки. Все трое в соответствующем их статусу «прикиде», как стало модно говорить в последнее время. Мозговой центр группы, так сказать. Их задача — анализ на основе данных от остальных агентов и личных впечатлений. В отличие от многих начальников и аналитиков, считавших, что для качественной оценки ситуации достаточно только документов, Том, а вслед за ним и Стив, считали личные впечатления о ситуации для аналитика просто необходимыми.

Ну и силовая часть группы — четверка Джон Касперски и Джек Рейвен, Эндрю Фельтон и Саймон Морли. Отличные стрелки и рукопашники, при этом умеющие думать головой и собирать информацию. Но их задача, в первую очередь, силовая защита. Они уже распаковали багаж и сейчас тренированный взгляд Тома мог заметить кобуры скрытого ношения под свободными рубашками.

Вот и вся группа, если не считать самого Тома. Немного, если учесть объем предстоящей работы — создать объективную картину происходящего. И очень много, если вспомнить, что здесь вообще-то война. С напоминания об этом Том и решил начать.

— Здесь война, леди и джентльмены. Причем самая жестокая из войн — партизанская гражданская. Война без линии фронта. Поэтому — не расслабляемся, «призраки». Сегодня — отдых, с завтрашнего дня начинаем работу. Все — как решили раньше. На Лиз и Джоне — Сайгон и высшее командование, Джон и Джек их прикрывают. Джобс с парнями — наши советники и общий анализ по имеющейся информации. Ну, а моя группа готовится к «поездке на курорт» сразу после экскурсий по Сайгону. Все свободны, — Томпсон проводил взглядом выходивших из номера агентов и мысленно выругался. Ему всегда было жалко Труффальдино из комедийного советского фильма[2]. И снова оказаться самому в роли «слуги двух господ» было… некомфортно. «Отвык в своем захолустье, расслабился, — укорил сам себя Том. — Мирные люди, тихие задания, Эмми под боком…» — впрочем, в глубине души он всегда знал, что эта идиллия ненадолго.

Наутро они все отправились на экскурсию по Сайгону. Первое впечатление оказалось верным, город действительно напоминал «маленький Париж», по крайней мере в центре. Там стоял даже почти натуральный Нотр-Дам. «Нотр-Дам де Сайгон, — усмехнулся про себя Томпсон. — И даже Оперный Театр, черт побери!»

Перед оперным театром, в котором сейчас располагался местный «парламент» пролегала широкая дорога, глядя на которую легко было представить, как к парадному входу подъезжали красивые автомобили и из них выходили французские дамы и кавалеры. Но все это великолепие, включая еще президентский дворец, мэрию и центральный почтамт сосредотачивалось в центре города. А по настоянию Тома их машины проехали и по окраинам. Не по всем, конечно, иначе экскурсия заняла бы не один день. Но и этой краткий визит на изнанку города наглядно показал, как заметил Стив, что все не так просто в этом «датском королевстве»[3]. Город оказался расколот на две части: одна тесно застроена лачугами, которые, будто не уместившись на земле, скатились «экзотичными», нищими кварталами сампанов в реку; другая, которую обычно видели туристы — раскинула свои роскошные особняки и многоэтажные гостиницы в центре.

А еще через день группа Тома отправилась в короткую экскурсию по Меконгу. Плыли на местной джонке, слегка облагороженной и приспособленной для проживания туристов. На реке они встречали такие же джонки, только в отличие от их плавсредства, напоминающие плавающие птице-овощные рынки. Как объяснил Тхань, это были мелкие торговцы, снабжавшие деревни по реке всякими продуктами, из тех, что в деревнях не производили. Парни из группы Тома тоже немного поторговали — закупили фруктов и зелени для личного пользования.