Шрифт:
– Я принимаю твою клятву, Вихрь.
Вновь появилась призрачная, видимая только мне таблица дополненной реальности, в которой загорелась новая зеленая строчка. То же самое, очевидно, увидел и Вихрь, потому что в нем вспыхнуло торжество. Инкарнатор выпрямился и четко отдал салют:
– Айве, Грэй!
Директива «Первый Легион» обновлена! 218/1000 Инкарнаторов.
В интерфейсе управления, уже немного подстроенном когитором под меня, состав Первого Легиона насчитывал тысячи Инкарнаторов и Одержимых, приносивших присягу еще самому Прометею. Большинство – выбыло, помеченные иконками KIA (погиб в бою), MIA (пропал без вести) и POW (захвачен в плен). Уцелевшие были редкими зелеными штрихами в длинном алом списке позывных. Когда я обнаружил Звездный Выстрел и директива полностью «раскрылась», выживших было меньше двухсот, но многие старики вернулись с разных концов Земли, услышав мой клич или найденные Кошками. Таково было одно из условий, выдвинутых Рашидовым, и на этот раз его клан приложил отнюдь не фиктивные усилия. Помимо прочего, в течение последних месяцев мы активно занимались их поиском и возвращением в строй. Это было нелегко, но некоторых результатов мы добились. Почти все изгнанники вернулись в Город, а Святые и прочие ренегаты по большей части были либо обнулены, либо уничтожены. Какая-то часть Инков, несомненно, останется ненайденной на Земле, но их число будет незначительным, и без системы Стеллара все они рано или поздно уйдут за Грань.
Инки звезды Вихря продолжали приносить присягу один за другим.
– Я, Принцесса, Инкарнатор Стеллара….
– Я, Хефе…
– Я, Шило…
– Я, Буревестник…
С каждой клятвой вспыхивала новая зеленая строчка. Я принимал каждого, глядя в их глаза, и видел там свое отражение – светоносного Инка, похожего на распростершего крылья ангела. Это было странно, но в пси-поле, объединяющем нас, стало ясно, что они, помимо священного трепета, испытывают смутную тревогу – но не за собственную жизнь, а за меня. Потому что именно я был тем стежком, что сшил их воедино, объединил целью и дал смысл существования – и Инкам было страшно представить, что произойдет, если разорвать его. Несмотря на всю свою мощь, я виделся им тем, кого нужно было защищать, и каждый – особенно это ощущалось в побывавших в Ургенте – был готов отдать ради этого свою жизнь. Невероятное ощущение – особенно если вспомнить, кем многие из них были в прошлом.
Следующая звезда. И следующая. И следующая… Я касался их, произнося имена, а Мико открывала старые биографии тех, кто сейчас становился частью Первого Легиона.
Миниатюрная Сивилла – бывшая Анна «Куколка» Блэр, глава кровавого культа Святых, когда-то терроризировавших Нео-Мумбаи, одна из тех, что вместе с Левшой призвали в наш мир Черную Королеву. Печать Альфа.
Громадный голубоглазый Дрема, кажущийся ленивым великаном, один из лучших Воинов нового поколения, – в прошлом Миротворец, ренегат из Сайберии, которого Инки Медвежьего Чертога когда-то объявили вне закона за многочисленные преступления. Печать Бета.
Пламя, одаренный и очень перспективный Заклинатель, один из уникумов нового поколения, – кровавый маньяк Глен «Нож» Митчелл, убивший на гладиаторских аренах юга тысячи людей и десятки Инков… Тоже Бета.
А вот этот худощавый молодой мужчина со впалыми щеками и странной серебристой шевелюрой – не кто иной, как объект нашего особого надзора, бывший Учитель Вечной Стаи, лидер уничтоженного сообщества моей Лисы, узник Альфы. Против ожиданий, он прошел все этапы подготовки, вообще не выделяясь из массы, ровный середнячок, не обращающий на себя внимания. Возможно, в прошлом, чтобы стать ментором огромного сообщества, он испытал некий изменяющий триггер. Почти все пленники Куба целенаправленно получили специализации и геномоды, противоположные прошлым, чтобы усложнить анимафикацию; возможно, это сыграло свою роль.
С теми, кто вышел из горнила новой «Инкарнации», было намного проще. Почти все они – бывшие солдаты и офицеры, ветераны Легиона и элита кланов, пошедшие на эту судьбу осознанно и уже знавшие свою прошлую биографию. От них можно было не ждать сюрпризов, и хотя Арахна предлагала оставить именно их на Земле, мы отказались от этого варианта. По большей части из-за того, что Рашидов поставил очень жесткие условия возвращения ковчега, одним из которых была полная мобилизация всех Инков на Земле.
Рашидов… Я не изменился в лице, хотя хотелось поморщиться при воспоминании о нем. Ковчег «Гедеон» сейчас находился где-то между Землей и Марсом, укрытый оболочкой «госта» от любопытных глаз, и мы не могли спрогнозировать, что у него на уме. Глава Кошек не мог вернуть корабль на Землю, скованный системными директивами, а я не принял выдвинутого им ультиматума. Хотя наши ключевые интересы совпадали, договориться не получилось. Несмотря на всю любопытную информацию, полученную от него. И ему, и нам требовалось устранить фактор Черной Луны. Кот-Рашидов хотел сам завладеть ей с помощью Ядра Стеллара, к тому же самому стремились Бина Ши. Первый Легион должен был выбрать, кого поддержать в итоге, и я отказал Коту – так как договор с Софией был уже скреплен: сначала Прометеем, а потом уже мной самим. Оба варианта казались мутными, но нарушать клятвы безо всяких причин – хуже, чем одновременно пытаться усидеть на двух стульях. Однако нельзя было сбрасывать со счетов вероятность того, что на Черной Луне все может измениться, союзники превратятся во врагов и нам придется искать новые варианты. Меркатора, естественно, это не устроило. Мы нашли подобие компромисса, но настолько зыбкого, что о нем не хотелось даже вспоминать. После неминуемого ухода Первого Легиона людям Города придется самим как-то разбираться со скользкой кошачьей братией, и пусть им сопутствует удача.
Я принимал звезду за звездой, в списке фракции появлялись новые имена и новые сигны, и одинаковые слова звучали, сливаясь в монотонный речитатив, но люди почему-то не расходились, наблюдая за происходящим как завороженные. Становившиеся частью Первого Легиона бессмертные замирали в строю, мое пси-поле пульсировало, получая новые и новые вспышки священного восторга. Они все были очень разными, но сейчас казались настоящими братьями и сестрами по духу, почти не отличимыми от «стариков». Наверное, Льдинка и Ярость тоже хотели бы сегодня стоять в наших рядах, но, увы, они – единственное исключение из известных мне Инков Стеллара – сейчас находились не с нами.
900… 995… 998…
На тысячном Инке, принятом в Первый Легион, Мико отдала торжественный салют – безо всякой насмешливой наигранности, а интерфейс вспыхнул иконкой выполненной директивы.
Персональный приказ «Первый Легион» выполнен.
Вам присвоено внеочередное звание – гранд-стратег!
Вы получаете награду «Синяя Звезда»!
Вы получаете Знамя Первого Легиона!
Кажется, у нас получилось.