На мою прочувствованную речь о том, что я возьму всю вину на себя, Рем-Таль не обратил ни малейшего внимания, как на бестолковый детский лепет. Я чувствовала его тело, так непозволительно интимно прижатое к моему собственному, и, возможно, поэтому ощущала себя неоправданно храброй. Что чувствовал он, оставалось для меня загадкой.

При появлении на горизонте жилых построек Рем-Таль пошёл пешком.

— Давайте я где-нибудь погуляю с десяток шагов, а ты вернёшься первым? — неуверенно предложила я, но Страж только отрицательно мотнул головой. Оставлять меня одну он явно не собирался. Похоже, он уже смирился с неизбежным и не пытался даже как-то его отсрочить. Так что во Дворец мы зашли вместе, и к моим королевским, так сказать, покоям тоже подошли вместе. Жиэль и Айнике выбежали мне навстречу, и по ужасу в их глазах я поняла, что меня хватились. Запас везения явно закончился с выходом из Пирамиды.

Дверь спальни Крейне распахнулась, и я увидела на пороге Тельмана. Он обвёл нас с Рем-Талем, тенью стоявшим за моей спиной, мутным расфокусированным взглядом, и у меня внутри всё сжалось.

— Моя дор-рогая жена, мой дор-рогой др-руг, как пр-риятно, что вы оба здесь! Заходите, не стесняйтесь, есть важный р-разговор. И ты, Р-Рем, заходи. Судя по всему, спальня моей Кр-рейне тебе уже знакома?

«Не твоей» — хотелось мне огрызнуться. Спорить или пытаться что-то объяснить неадекватному Тельману было совершенно бессмысленно. Рем-Таль молча зашёл за мной.

— Судя по вашему виду, вы шли пешком до самого Охр-рейна — и не дошли? — Тельман опустился на мою кровать и разглядывал нас, явно стараясь что-то разглядеть сквозь пелену дурмана в глазах.

— Судя по вашему внешнему виду, — начала было я, но он махнул рукой и резко поднялся, шатнувшись и, тем не менее, удержавшись на ногах. Протянул ко мне руку — но не коснулся.

— Целый день с отцом — это такие нер-рвы, — пьяно пожаловался законный супруг. — Он всё талдычет про наследников, как будто я племенной лохтан. А я говор-рю ему, — Тельман чуть повернулся в сторону Рем-Таля, немного повысил голос, — что на неё у меня не стоит, но ему же, как обычно, плевать. Он меня пр-пр-резирает, Р-рем. А вот тебя он любит, как сына, да… И я подумал, что близких людей надо р-р-радовать. Вир-рату нужен наследник. Пр-риступайте. Сделайте папаше внучка. Это пр-риказ.

— Вы чего, мозги-то окончательно отключились? — ласково поинтересовалась я, а Тельман вдруг толкнул меня, резким, но выверенным движением, и я упала на кровать спиной.

— Пр-риступай, Рем. Она же нр-равится тебе, да? Хор-роша. Да… Иначе ты не побежал бы за ней, как лисак за течной сучкой. Или вы уже? Возьми её, я р-разрешаю, я тр-ребую. Отцу нужен наследник, ну же, давай. Вир-рат Фор-ртидер будет только р-рад. Ты спр-равишься, я же столько лет тебе показывал, что нужно делать…

Пр-риступай!

Глава 39. Криафар.

Не в силах смотреть на перекошенное полубезумное лицо Тельмана я перевожу взгляд на Рем-Таля. А если он решит, что худой мир с сюзереном, которого знает много лет, куда лучше, чем защита чести, достоинства и невинности маленькой кратковременной королевы? Вполне возможно, что Страж в курсе планов своего Вирата насчёт скорой имитации моей смерти и пожизненной ссылки за границу. Внезапно я подумала, что боюсь Рем-Таля гораздо, гораздо больше, чем Тельмана, что бы он там не употреблял и какую бы мерзость не выдумывал.

С Рем-Талем я, пожалуй, в случае чего не справлюсь — ни силой, ни уговорами. «Вы идеальны, Вирата»… Стану ли я идеальнее от того, что окажусь в полном его распоряжении? Уже, можно сказать, оказалась…

Судя по всему, я ему нравлюсь. Несколько сотен шагов на одном камале вплотную друг к другу позволили это заметить, хотя думать об этом и не хочется. Может быть, он не упустит такой шанс, понимая, что второго уже не будет.

Может быть, он считает это чем-то нормальным.

Что, если…

— Ну же, это пр-риказ! А р-ры-рыпаться она не будет. Ещё и спасибо скажет. Она заск-ск-скучала… Все беды от безделья, отец всегда говор-рил.

Тем временем Тельман извлёк откуда-то из-за пазухи нечто до боли напоминающее наручники: металлическую гибкую восьмёрку.

Лицо Рем-Таля по-прежнему бесстрастно, но в глазах его мелькает что-то такое… что-то такое, что я понимаю: еще четверть шага, и он ударит Тельмана, да так, что завершить инцидент мирно хотя бы для ни в чём не повинного Стража уже будет попросту невозможно.

Не злость, не страх за себя, а страх за него заставляет меня стряхнуть оцепенение.

— Рем-Таль! — выкрикиваю я. — Я ваша Вирата, и у меня не меньше оснований вам… приказывать. Уходите. Немедленно!

— Стр-роптивая! — Тельман хватается за стену, пытаясь удержаться в вертикальном положении. — Рем-Таль! Иг-ик-гн… тьфу, Игнор-рируй!

— А я сказала, уходите!

— Нет, он останется!

Рем-Таль переводит несколько растерянный взгляд с меня на Тельмана, а меня неожиданно разбирает истерический смех.