— Но как же хочется выпить… И что за дурацкие законы? Почему я не могу воспользоваться наследством прямо сейчас?..

Цокнув языком и в очередной раз посетовав на несправедливость жизни, я развернулся и побрёл обратно в сторону дома, пиная по пути пустую алюминиевую банку из-под колы.

Погрузившись в свои мысли, я словно впал в транс и почти пропустил упавшую прямо с неба тетрадь.

Застыв на одном месте, я смотрел на развёрнутые листы, исписанные вдоль и поперёк.

— Какого?.. — прошептал я и огляделся.

Рядом не было домов или же деревьев, с которых эта самая тетрадь могла упасть. Ближайшая от меня постройка была в двух десятках метров. Задрав голову, я принялся искать пролетающий в небе самолёт, но небо казалось чистым.

— Тетрадь смерти, что ли? — усмехнулся я и с настороженностью подошёл к неизвестной штуковине. — Да вроде нет…

Быстро пробежавшись по тексту, написанному на обыкновенных листах, я сделал вывод, что это точно не тетрадь, убивающая людей. В ней не было имён, лишь какие-то пометки и надписи.

— И что же ты тогда такое? — произнёс я, присев рядом с бумажным носителем информации на корточки.

Неожиданно подувший ветер перевернул страницу и показал мне титульный лист с одним единственным словом, заполнявшим почти всю его площадь.

ВИЛЕСТРИЯ

Надпись была словно выжжена на бумаге.

С сомнением оглядевшись по сторонам и убедившись, что никого рядом нет, я решил прикоснуться к странной находке. Протягивая руку к тетради, я ожидал чего угодно: появления Бога смерти, получения каких-нибудь суперсил или просто тайных знаний, неведомым образом затекающих в мой мозг. Но ничего этого не произошло. Тетрадь оказалась самой простой, хоть и непомерно толстой. В ней было порядка двух сотен листов, что внушало уважение к тому, кто эту самую тетрадь исписал вдоль и поперёк.

— Вилестрия… — прошептал я и перелистнул страницу. — Это либо шутка какого-то психа, либо что-то по-настоящему интересное.

Не то чтобы я верил во всякую сверхъестественную чушь, но, как и любой другой подросток, я надеялся, что нечто подобное и в самом деле может произойти. Перелистнув страницу, я начал вчитываться в рассказ некой девушки, утверждающей, что в скором времени миллионы людей будут перенесены в другой мир под названием Вилестрия.

— Иной мир?.. Арбитры? Звучит бредово… — проговорил я и, хмыкнув, закрыл тетрадь. — Ладно, разберусь с этим дома.

***

Вернувшись домой, первое, что я решил сделать, это принять тёплую ванну. Как бы сильно меня ни манила тетрадь, я предпочитаю сначала всё же немного расслабиться. Жизнь меня научила, что к подобным вещам нужно подходить с холодной головой. А мною сейчас движут эмоции, и это очень-очень плохо!

Устало зевнув и протерев глаза, я в очередной раз посетовал на несправедливость жизни и бросил быстрый взгляд в окно. Моя старая привычка проверять, есть ли снаружи солнце, постоянно даёт о себе знать…

Мотнув головой и отбросив гнетущие мысли, я пошёл в ванную и принялся крутить кран с горячей водой, подбирая нужную температуру. С двадцатой попытки у меня получилось-таки настроить воду в том диапазоне, который меня устраивал.

— Были бы у меня деньги, я бы точно поставил сюда новомодный смеситель с регулятором температур. С ним бы стало куда проще жить…

Вода набралась быстро, а потому уже через пять минут я стоял перед зеркалом без одежды и разглядывал множественные шрамы, покрывающие моё тело. Два тёмных рубца по десять сантиметров на животе, по одному на каждой груди… А уж сколько их было на руках и спине, я даже сосчитать боялся. Даже и не знаю, почему я тогда отказался от экспериментального препарата?.. Сколько бы я ни вспоминал тот день, когда официально отказал доктору в эксперименте, я всегда себя за это корил.

— Всего десять процентов… — прошептал я, опёршись на раковину и вглядываясь в отражение в зеркале. — Но даже при успешном исходе лечения эти рубцы останутся со мной на всю жизнь… Так или иначе…

Я провёл пальцем по шраму на шее и резко отдёрнул руку, поворачиваясь к зеркалу спиной. Рука задрожала, заставляя меня схватиться за запястье и с силой его сжать. В голову начали лезть дурные мысли о наступающей, неминуемой смерти.

— Паническая атака, пошла в жопу… — прошипел я и тяжело вздохнул.

Ещё одна причина, по которой мне сложно жить в социуме… Слишком расшатанная нервная система, постоянно дающая сбои и заставляющая меня думать, что я скоро умру. Многие врачи называют это психосоматикой или же паническими атаками. А я считаю, что это самый обычный страх, который нужно перебороть. Сколько бы доктора ни пытались прописывать мне разные лекарства и антидепрессанты, я всё время отказывался от их приёма. В кого я превращусь, если буду справляться со своими страхами при помощи таблеток? Только молодость, только хардкор!